– Рин, может, останешься? Давид…
– Мне наплевать на Давида. Он всегда меня отпускает, так почему бы мне, наконец-то, окончательно не избавиться от него?!
– Регина, давай останешься, а утром мы все спокойно поговорим.
– Можешь сам остаться, – усмехаюсь и неспешно спускаюсь по лестнице. – Мне нужен мой телефон, – снова роюсь в сумке, когда добираюсь до коридора и прислоняюсь к холодной стене.
На удивление, в боковом кармане нахожу мобильный, но дисплей не реагирует на прикосновение. Включаю, и через пару секунд одно за другим начинают приходить сообщения. Открываю пустое и быстро набираю текст. Отправляю и смотрю на уставшего небритого Арти. Не чувствую ничего. Эмоционально перегорела и потухла. Главное – оказаться подальше от тех, кто выкачал из меня все жизненные силы.
Надеюсь, в этом мире остался еще человек, на которого могу положиться.
Наклоняюсь к туфлям, но Артур подхватывает меня и сажает на диванчик в прихожей. Морщусь от неприятных ощущений и только сейчас замечаю синяк на руке, по-видимому, от укола.
Что за…?!
– Тебе вкололи успокоительное, – объясняет парень, ответив на мой немой вопрос. – Но ты вырывалась, – тяжело вздыхает.
Собираюсь сказать пару слов, но телефон дает о себе знать. Читаю смс, и выдыхаю с облегчением.
Я не ошиблась в тебе!
Хочу закрыть папку с принятыми, но взглядом цепляюсь за имя Лары.
– Ты получил свой клуб, Артур. Лариса подписала бумаги, – улыбаюсь и показываю смс от Тимской. Смотрю на недоумение, отразившееся на лице парня. – Давид выиграл. А я опять побеждена и разгромлена, – смеюсь.
Пока спускаемся вниз, позволяю Арти придерживать меня, чтобы не рухнуть. Ни он, ни я не произносим ни слова. Артур весь в своих мыслях, а я… Просто собрала волю в кулак и барахтаюсь на поверхности, не позволяя себе снова утонуть.
Садимся в такси, и откидываюсь на спинку, закрывая глаза и называя адрес водителю. Меня качает, словно на волнах, и постепенно теряю связь с реальностью.
Будит ласковый голос Артура. Парень помогает выбраться из авто.
– Не отпускай такси, – говорю и вижу спешащую к нам фигуру. – Пока, Артур.
Выдавливаю из себя слабую улыбку, когда наблюдаю за приближающимся двухметровым красавцем.
Макс в несколько шагов разделяет расстояние между нами и буквально душит меня в своих объятьях. Сгребает в охапку и прижимает к своей груди. Мгновенно чувствую исходящую от него силу, уверенность. Укутывает теплом, защищает.
– Рина! Заставила поволноваться, красавица, – целует в щеку. – Ты в порядке? – шепотом спрашивает и проводит большим пальцем по моей скуле.
Отрицательно качаю головой.
В свете фонарей замечаю огромный синяк на подбородке Макса и пластырь над правой бровью. Зажмуриваюсь, когда копирую действие парня, касаясь его.
Вспышка – и вижу слайд с разбитым лицом Давида. Вздрагиваю и ощущаю бешеный стук в висках.
– Пойдем. Ты дрожишь, – переплетает наши пальцы Максим.
– Регина? – подает голос Арти, который должен был давно уехать. – Так Давид не преувеличивал, – практически выплевывает слова.
Меня перетряхивает, и цепляюсь за куртку под своей рукой.
Макс разворачивается.
– Садись в машину, парень. И Давиду передай, что я готов повторить, если он еще раз заставит Регину плакать.
– Ты не так уж и далеко ушла от него, лисичка, – с горечью и злостью выдает, – тоже прыгаешь от одного к другому.
Максим легонько отстраняется от меня. Не успеваю схватить его за руку, как кулак парня впечатывается в скулу Арти. Тот отшатывается, но не делает каких-либо попыток ответить. Тяну Макса к себе, и он снова незамедлительно обнимает.
– Прости меня, Рина, – смотрит мне в глаза Артур, но уже без прежней насмешки и ненависти.
Я не понимаю, как это сделать, Арти. Больше не знаю. Извини…
– Та девушка, с которой я застала Давида два года назад, из-за которой потеряла все, – растягиваю губы в грустной улыбке, – это Аня, Арти. Твоя Аня, – усмехаюсь и отворачиваюсь. – Спроси у нее, как долго она прыгала от тебя к Давиду.
– Регина… – громко выдыхает.
– Мне нехорошо, Макс, – говорю и повисаю на парне.
– Давай домой. Я тебя теперь точно не выпущу.
И не выпускает из рук, пока не добираемся до его квартиры.
Смотрю на двери своей, и она вызывает внутреннее отторжение. Мой спасительный остров, отравленный ядовитыми парами и разрушенный до самого основания, ушел под воду и заледенел. Нет сил снова его восстанавливать. Нужно вновь искать пристанище, где смогу хотя бы свободно дышать.