– Подожди меня здесь.
Откидываюсь на спинку кресла и пробую набрать гребаную рыжулю. Гудки идут, но трубку никто не берет. Сука!
– Записывай или запоминай. – На колени приземляется мамина записная книжка.
Размашистым почерком выведен адрес. Ухмыляюсь и прыскаю от смеха.
– Ма, неужели присоединилась к компании старых сводников?
– Это я старая? – шлепает меня по руке. – Только воспользуйся им с умом, сынок, – тычет пальцем в бумагу.
– Папе надо знать, откуда ты это взяла?
– Роме давно пора понять, что не у него одного есть связи и способы добиваться своего, – заговорщицки проговаривает. – Передай Риночке привет от меня.
Передам, не сомневайся. Она еще долго это будет вспоминать.
Пьем чай на террасе, разговаривая обо всем и ни о чем одновременно. Мама делает вид, что не замечает моего отсутствующего взгляда. Отвечаю односложно, на автомате. Улыбка не сходит с ее лица, когда выпроваживает из дома. Целует в щеку и треплет по волосам. Блять, как будто мне пять лет! Желает удачи, просит не превышать скорость и быть осторожным на дороге.
Этого обещать не могу. Открываю окна в своей малышке и давлю на газ. Ветер свистит, помогая выбросить все лишнее из головы.
Гоню к себе, в уме взвешивая все «за» и «против». Может, мне реально полегчает, когда трахну Фокси? Она перестанет казаться чем-то желанным и представлять особый интерес. Подобное было с моей второй тачкой. Я хотел получить ее, потому что с конвейера сошло только десять моделей. И вариант, что у кого-то в Питере появится точно такая же, сводился к минимуму. Но ожидание, как часто бывает, не оправдало реальности. Охренительное чувство обладания сошло на нет спустя пару месяцев. Быстро потерял к ней интерес.
С Региной, почти уверен, произойдет аналогичная история. Пока стоит, как на пьедестале выставки сверкающая и необкатанная, притягательная, ее жаждешь трогать, забрать на тест-драйв и выжать из этой малышки все соки; она не теряет цену, значимости и сосредотачивает внимание на себе.
Звенит телефон, и на задворках подсознания маячит мысль, что рыжуля соизволила перезвонить. Хрен там! Арти. Не хочу отвечать братишке. К жесткому, циничному стебу с его стороны я сейчас не готов. Коплю силы для встречи с Региной. С ней нужно держать себя в постоянном тонусе. Друг еще не дотянулся до уровня рыжей стервы.
Дома нахожу сумку и складываю в нее вещи. Не представляю, как долго пробуду в столице, но лучше быть готовым к любому раскладу.
Смотрю на часы: одиннадцать утра. Прикидываю, сколько придется сидеть за рулем. Моя детка быстрая, но ебучие пробки никто не отменял. Набираю отцу сообщение, что не появлюсь на работе несколько дней. Ма с удовольствием в красках расскажет ему, куда я рванул. Уже вижу довольную физиономию папочки. Хрен с ним. Зато избавлюсь от кучи тупых вопросов и излишнего внимания с его стороны. Пусть помечтает, пока я не придумал способ навсегда прекратить попытки отца нацепить на меня ошейник, как на собаку, и вручить поводок какой-нибудь упакованной со всех сторон цыпочке.
Единственная малышка, о которой сейчас думаю, сама кому хочешь затянет этот поводок на шее и даже не моргнет. С маниакальным удовольствием понаблюдает своими огромными бирюзовыми глазищами за жертвой, пока та не откинется. Еще и выдаст напоследок блестящую остроумную прощальную речь.
Блять! Да она охренительно горячая, когда злится! И когда отпускает колкие фразочки, выпускает искры и мечет молнии, как женский вариант Перуна. Прекрасный и беспощадный с ослепительной огненной гривой и арктическим холодным взглядом. Разжигает и замораживает.
Но от меня так просто не отделается. Гореть мы будем вместе, Фокси! Могу поспорить, котел в преисподней покажется никчемной маленькой кастрюлей на старой конфорке, только я и Регина выпустим на волю своих демонов. А внутри у нее их, не удивлюсь, гораздо больше, чем у меня.
Как и предполагал, все время, что сократил, давая волю своей красавице на трассе, похерил в пробке на МКАДе. Нервно постукиваю по рулю, а детка жалобно стонет, прося перестать дергать ее, перестраиваясь из одного ряда в другой. Я тоже ненавижу дорожные заторы. Мне больше по душе мурлыканье тачки на автостраде, чем ее хрипы на городских загруженных улицах. Не помню, чтобы выгуливал малышку на такие большие расстояния. Но рев мотора – непередаваемая сладкая музыка для ушей.
Навигатор действует на нервы. Блять! Если я не перестану отклоняться от курса, могу смело выйти и дойти до Фокси пешком. Не вариант. Казалось, хуже питерской переменчивой погоды ничего не бывает. Моросящий мелкий дождь с порывистым ветром в Москве в начале июля – не самое приятное зрелище. Добавьте к этому смог и загазованность, еще пару часов назад окутывавшие столицу и пригород, – все вокруг злые и психованные ежики в тумане.