Его руки зарываются в мои волосы. Я пропускаю его шелковистые кудряшки сквозь пальцы и чувствую, как язык Давида сталкивается с моим, дразнит, играет. Властно, жестко, не давая передышку, парень целует меня. Я не отстраняюсь. Вкладываю в ответный поцелуй всю злость, негодование, обиду. Касаюсь его лица, ощущая под пальцами абсолютно гладкую кожу. Он больше не колючий внешне, но по-прежнему такой внутри: каждое его действие или слово втыкается в меня как маленькие острые иголки. Мы с Давидом боремся друг с другом. Мучительно сладко. Я проигрываю, но не сдаюсь. Нечем дышать. Отрываюсь от его губ. Всматриваюсь в затянутые дымкой желания глаза. Неторопливо царапаю ногтями чувствительную кожу шеи, подбородка и останавливаю себя, когда пальцы натыкаются на расстегнутую верхнюю пуговицу рубашки парня.
Давид не дает мне разорвать зрительный контакт, держит, гипнотизирует. Во взгляде читается предвкушение и нетерпение.
Я делаю то, чего он от меня ожидает – расстегиваю пуговицы на рубашке, и мои руки приступают к исследованию торса парня. Давид испускает вздох, закрывает глаза и закусывает свою нижнюю губу.
Нравится? Ты же хотел поиграть!
Мои пальцы добираются до ремня на брюках, расстегивают его.
– Фокс, – с полустоном, хриплым голосом произносит мое имя.
Парень резко распахивает глаза. В них столько эмоций, такое дикое желание, что я тону в этом взгляде. Не успеваю ничего понять, как губы Давида обрушиваются на мою шею, начинают хаотично блуждать по груди.
Еще немного – и для меня настанет точка невозврата. Миг, когда я уже не смогу сказать «нет».
– Ай, Давид, – вскрикиваю, когда мою чувствительную кожу грубо прикусывает, а затем томительно медленно втягивает. От неожиданности дергаюсь и головой ударяюсь о крышу. «Детка» маленькая для нас с Давидом. Какой тесный салон и низкая машина!
Парень сильнее прижимает меня к своему торсу. Жарко. Обжигающе приятно. До мурашек, до дрожи. Хочу большего, но ни за что не дам выиграть эту борьбу. Выдержки у меня достаточно, чтобы прекратить – пусть и приятные – пытки.
В ту самую секунду, когда Давид сжимает округлости моих бедер и заставляет прочувствовать всю силу своего желания, отчетливо понимаю: он не остановится. Это обязана сделать я.
Застываю, прекращаю реагировать на прикосновения и делаю попытку слезть с коленей парня.
– Фокс, нет, – отрываясь от моей груди, со стоном выдыхает. – Скажи, что ты шутишь. Малыш, – с умоляющими нотками в голосе шепчет, когда его губы касаются моей шеи. – Нет, солнышко, – целует меня настолько нежно и мягко, что возникает желание послать все куда подальше и не мучить ни себя, ни его.
– Пусти, – еле-еле справляюсь со сбившимся дыханием, и удается вымолвить. Захват на моей талии слабеет. – Хватит, Давид, – уже более уверенно проговариваю, отодвигаясь от парня и перемещаясь с его коленей на пассажирское сиденье.
Опускаю взгляд. Боже, я выгляжу как...
Пытаюсь поправить платье, но мою руку перехватывают.
– Регина?
– Остынь, Давид, – поворачиваюсь к парню и вырываю свою руку, одергиваю на себе платье, расправляя его. С первого раза удается застегнуть молнию сзади. Спешу добавить, пока не попала в плен рук, губ и глаз Давида: – Сохрани в памяти эти ощущения: больше такого не повторится. Ты испортил мне прошлую жизнь, пытаешься испоганить настоящее. Запомни, малыш: я ненавижу тебя, и все, что я делаю и буду делать – фальшивое, под стать тебе. Ты хочешь поиграть? Поиграем, – улыбаюсь и провожу указательным пальцем по губам парня. – Спасибо за дерьмовый вечер.
Следую порыву сбежать из машины как можно быстрее. Открываю дверцу, выбираюсь из авто под аккомпанемент гулко стучащего сердца и звона в ушах от переизбытка эмоций. Последнее слово должно остаться за мной. Наклоняюсь и произношу:
– Ну, теперь ты точно разогрелся. Можешь гнать к своей Ане сбрасывать напряжение. Только имя не перепутай, когда… закончишь, – посылаю воздушный поцелуй и захлопываю дверь, жалея о том, что это всего лишь дверь авто Давида. К сожалению, нельзя закрыться от прошлого и тех чувств, какие они вытаскивают наружу.
***
Выхожу из душа и слышу трель домофона, за ней следом разрывается мой мобильный. Иду в комнату и смотрю на экран телефона. Давид. Бедняга. До него только дошло, что остался без ключей? Пусть катится ко всем чертям! Я же говорила, что будет спать на коврике. Мое желание исполнилось. Подавляю нервный смешок и замечаю на дисплее сообщение с незнакомого номера: «Теперь у меня есть твой номер, и я знаю, кого звать на помощь, если Лариса похитит меня и увезет в сексуальное рабство. Пожелай мне удачи выдержать остаток ночи с этими фуриями. А.». Губы растягиваются в улыбке. Все же есть плюс в том, что я пошла сегодня в «Туман»: в мою жизнь – надеюсь, насовсем – вернулся еще один близкий человек – Артур. Хотелось бы верить, что он сможет мне прояснить несколько моментов, пока я не измучила себя догадками.