Если представлю, что парня вновь обнимает кто-то другой, а он целует опять не меня, становится дико больно. Хоть и твержу себе снова и снова, что Давид – мое прошлое, но не в состоянии держать под контролем реакцию на присутствие бывшего рядом.
Жаль, но нашу историю невозможно переписать, а создавать новую я не вижу смысла. Мне не за что бороться. Давид, может, изменился внешне, поменял некоторые привычки, но остался по-прежнему любящим внимание девушек самовлюбленным эгоистичным придурком, которому наплевать на чувства других. Никаких правил, никаких принципов, кроме как стремление уложить в кровать побольше подобных самому себе идиоток.
Лавину моих мыслей останавливает звонок мобильного. Не сразу доходит, что это мой новый телефон. На дисплее высвечивается отдаленно знакомый номер.
Арти? Вряд ли. Насколько помню, вносила номер в память SIM-карты.
Решаю не отвечать, но когда обрывается мелодия, через пару секунд приходит смс: «Привет, рыжик. У тебя все в порядке? Что за игнор?»
Губы расплываются в улыбке. Набираю номер, и почти сразу на том конце отвечают.
– Ринка! Наконец-то! Привет. Ты куда пропала?
– Арти! Рада тебя слышать.
– Слушай, лисичка, почему я до тебя никак не могу дозвониться? Наш Отелло запретил тебе со мной общаться?
Остается только закатить глаза и посмеяться. В чем-то парень прав.
– Мысли шире. Не только с тобой. Я почти сутки без связи.
– Ты шутишь? Он у тебя телефон, что ли, забрал? – смеется Артур. – Что ты такое натворила?
Провела полдня в компании парня, с которым совершенно теряешь счет времени.
Не знаю, стоит ли сейчас посвящать Артура в наши с Давидом разборки, поэтому отвечаю:
– Забрал – это немного не то слово, – морщусь, вспоминая вчерашнюю выходку Давида. – Скорее, решил проверить на прочность мой смартфон, а заодно и стену в квартире. Мои нервы, наверное, тоже.
Артур молчит некоторое время, а после спрашивает:
– Серьезно? Снова разбил телефон? Регинка, только ты способна вывести Давида из себя. Мне такая опция недоступна, – уже с веселыми нотками в голосе говорит. – Вам посуды не хватило, или что? – уже откровенно смеется надо мной.
Артур слишком хорошо знает нашу с Давидом стандартную программу «переговоров».
– Не смешно, Арти. Мне кажется, твой друг стал намного вспыльчевее.
– Это все ты виновата, лисичка, – посмеивается, – с нами он спокойнее. У него на нас не срабатывает…
Пропускаю мимо ушей окончание фразы. «С нами»? Интересно, кого он имеет в виду? Отца и маму Давида? С ними он всегда предельно собран. Аню? Пожалуй. Мне хватило и одного разговора парня с этой женщиной, чтобы понять: с ней он ведет себя чересчур мило. Совершенно не вписывается в образ Давида, которого я знала.
– Черт, Ринка, я хотел с тобой поболтать, а мы снова съехали с темы. Я изначально был против того, чтобы вы опять встретились.
– Стоп, Арти. Что ты знаешь обо всей этой истории? Скажи, что ты не имеешь к этому никакого отношения. Арти, только не ты!
– Лисичка, мне столько нужно тебе рассказать. Давай не по телефону.
– Ты в Москве?
– В Питере. Буду в столице через пару дней. Нам обязательно надо встретиться.
– Хорошо. Звони, Арти.
– Держись там. Все не так, как кажется на первый взгляд. Ты это поймешь. Целую, рыжик. Не пропадай.
– Не буду. Пока. Целую.
В трубке раздаются гудки, а я так и сижу некоторое время с телефоном в руке. Голова сейчас взорвется. Разговор с Артуром не просто не успокоил меня, как это бывало раньше, а дал пищу для размышлений. Столько вопросов, что мозг готов лопнуть. Теперь жду встречи со старым другом. Что я должна понять? Что не такое, каким кажется?
Откидываюсь на подушку. Из меня непроизвольно вылетает громкий стон.
Почему наша жизнь не может быть легкой? Почему обязательно найдется человек, из-за которого все простое вмиг становится сложным?
Не теряю надежды, что однажды в мое настоящее войдет кто-то, кто расставит все по полочкам, уравновесит и упростит жизнь. Я устала изображать из себя сильную независимую женщину. Хочу быть просто женщиной. Со своими капризами, слабой и не думающей о том, кто меня станет ловить, если начну падать. Нужно знать, что меня поймают, защитят, согреют и обнимут просто так, без повода.