Спустя чуть больше, чем два с половиной часа мы всей дружной компанией восседаем в конференц-зале дожидаясь опаздывающего Царкова. Я снисходительно делаю скидку на пробки, но пренебрежительное отношение меня не устраивает уже на таком начальном этапе, как переговоры. Его ассистент даже не удосужился перезвонить и поставить в известность о задержке, о каких серьёзных деловых отношениях может идти речь?
Я опрокидываю в себя третью чашку эспрессо — от нервозности и кофеина скоро начнут трястись руки — когда на экране телефона высвечиваются четыре буквы, от которых у меня холодеет в желудке и я на миг зависаю. Всю последнюю неделю я в основном работал, а с Ритой перекидывался парой сообщений в мессенджере.
«Всё хорошо?»
«Да, нормально. У тебя?»
«Тоже».
Вот тебе и предложение руки и сердца.
Я мельком смотрю на часы — раз уж Царков опоздал на пятнадцать минут, то ещё немного подождёт. Выхожу в коридор и принимаю вызов.
— Да, — внезапно охрипшее горло приходится прочистить. — Да, Рит.
— Привет, — я чувствую неуверенную улыбку в её голосе. От неё по-прежнему теплеет в груди. — Я прилетаю послезавтра в обед.
Я знал, что Рита возвращается на этой неделе, но почему-то конкретная дата вылетает из головы напрочь. Хорошо, что она предупредила.
— Во сколько? Я встречу тебя.
— Это не обязательно, — улыбается Рита. Я по голосу слышу, что она мягко улыбается. Я знаю наизусть каждую его нотку. — Ты наверняка будешь на работе, незачем подрываться и ехать в Борисполь.
В этот момент меня отвлекает звук раздвигающихся дверей остановившегося в конце коридора лифта. Из него выходит крупный мужчина лет пятидесяти с аккуратно подстриженной седой щетиной и в дорогом костюме, за ним семенит стройная блондинка, едва не спотыкаясь на каблучищах высотой в добрых сантиметров двенадцать. Вот и Царков, похоже, пожаловал.
— Рит, я тебе перезвоню, — выдыхаю в трубку. Пальцы сами тянутся к переносице и напряженно её потирают. — У меня встреча.
— Конечно, — спокойно отвечает Маргарита и обрывает вызов первая.
Я не глядя пихаю телефон в карман и одергиваю полы пиджака. Личная жизнь личной жизнью, но у меня по-прежнему есть работа. Возможно, не самая любимая, но от меня зависит судьба многих людей, доверяющих мне как руководителю, и я не могу себе позволить рефлексировать сейчас.
Я появляюсь в конференц-зале максимум через полминуты после Царкова, но он уже цепко смотрит на меня из-под низко нависших надбровных дуг и недовольно дергает щекой.
Какого, спрашивается, хрена?
Старая школа, сколотившая бизнес на отжатых текстильных заводах — я всё, конечно, понимаю, но являться в мой офис с опозданием и таким выражением лица, как будто ему тут все на задних лапках станцевать должны, я не позволю никому. Просьба отца становится костью в горле — руку этому хряку жать не хочется ни в какую, но я все-таки делаю шаги ему навстречу, когда внимание на себя перетягивает стук каблуков его ассистентки по гладкой плитке. Они у нас старательно начищены до выедающего глаза блеска Верой Ивановной, хоть бы не наебнулась здесь. Но мисс наращенные волосы в костюме с претензией на офисную классику двигается на своих ходулях с грацией натуральной стриптизерши — протягивает навстречу ладонь и улыбается так сладко, что у меня все пломбы в зубах сводит.
— Здравствуйте, Павел Александрович! Меня зовут Виктория, я помощница Петра Васильевича, — я отвечаю на рукопожатие исключительно из соображений рабочего такта, и перевожу взгляд на её начальника.
К счастью, он первый здоровается, и я решаю не затягивать с презентацией: киваю своему исполнительному директору и начальнику отдела маркетинга — эти двое готовы на все двести процентов двадцать четыре на семь.
— Что вам принести? — учтиво спрашивает мой помощник, в ответ на что Царков только коротко мотает головой и пододвигает к себе бутылку с водой. Виктория просит латте и томно мне улыбается.
Блядь, как неоригинально.
Презентация новых продуктов у нас всегда происходит на максимально высоком уровне — я приобщаю к ним не только руководящее звено компании, но и начальников отделов, а те, в силу возложенной ответственности, работу в свою очередь делают качественно и динамично. Мы занимаемся поставками медицинского оборудования собственного производства и высочайшего качества, но Царкова с отцом связывает старое знакомство и всё, что мы тут делаем — по сути один большой фарс. Я и так знаю сколько и чего он захочет в свою клинику, построенную на откаты, и непременно с мародерской скидкой. Это всё просто смешно.