— Тебе на работу далеко? — спрашиваю, наблюдая за тем, как она озадаченно хмурится.
— На левый берег, но… я собираюсь вызвать такси, и…
Я улыбаюсь, забавляясь её смущению, и думаю о том, что никогда прежде не проявлял подобной участи к незнакомкам. Даже таким очаровательным. Взрослею, что ли?
— Я подвезу, — киваю в сторону припаркованной рядом машины.
— Нет-нет, вы что… мне так неудобно, я сама доберусь, — девушка опять лепечет, и я замечаю, что она все еще не притронулась к своему напитку. Закатываю глаза и безбожно вру:
— Мне по дороге.
Незнакомка еще несколько секунд смотрит на меня, потом вздыхает и немного отчаянно оглядывается по сторонам, словно ища невидимой поддержки у безразличных прохожих, затем поджимает губы и шумно выдыхает, соглашаясь.
Я с улыбкой открываю для нее дверцу пассажирского сидения и обхожу машину, радуясь тому, что уж точно не успею на работу вовремя. Девушка пристегивается под моим внимательным взглядом и делает глоток своего напитка, прикрывая глаза, а я понимаю, что впервые рад тому, что у меня такой ненормальный пес.
***
С Максом я всё-таки вижусь — приезжаю к нему в студию на следующий день и застаю друга в отвратном настроении и с не менее отвратным похмельем.
— Когда ты успел вчера надраться? — бурчу, оставляя на его рабочем столе кофе, пока Орлов полулежит в кресле с бутылкой холодной минералки у виска. Может, ему стоит сказать, что боржоми гораздо эффективнее пить?
— С малой и её дружками, — прохрипел Орлов, делая глоток кофе и с блаженным стоном откидываясь на спинку.
Мои брови взлетают вверх, и я усаживаюсь в кресло напротив, наблюдая за своим стремительно стареющим другом. Раньше он так похмелье не переносил.
— Молодишься, Орлов? То-то и видно, два слова связать в кучу не можешь. Это тебе не студенческая печень, надо бы уже себя беречь.
Макс молча демонстрирует мне средний палец, по-прежнему не открывая глаз.
— Заткнись. Это ты меня вчера безжалостно бросил и сбежал к своей принцессе.
— У меня-то хоть сбегать есть к кому. Твоя черепаха ещё не откинулась от недостатка внимания?
Макс, совершенно не смущаясь шлёт меня в не самое благоприятное место, зато немного приходит в себя и выпрямляется в кресле, продолжая хлебать свой кофе.
— Так ты видел вчера малую, — утвердительно произносит, поглядывая на меня из-под нахмуренных бровей. — Что скажешь?
— Задница зачет, — хмыкаю, в ответ на что Орлов лишь закатывает глаза. — Расслабься, Макс. Отъезд однозначно пошел девчонке на пользу.
— Да, вроде. Просто странно видеть ее рядом, наверное.
Орлов устало трёт переносицу, рассеянными движениями принимается перекладывать бумаги и чертежи на столе. Я по-прежнему расслабленно проворачиваю между пальцев телефон.
— Так зачем она вернулась? — стараюсь звучать максимально ненавязчиво. — Соскучилась по семье?
Макс фыркает и снисходительно на меня смотрит. Да, глупость, наверное.
— Открывает в Киеве фотовыставку.
Мои брови подлетают вверх прежде, чем я обретаю контроль над своим лицом.
Сколько малой сейчас лет? Двадцать один, двадцать два?
Макс замечает мою реакцию и вздыхает, кивая головой.
— Совсем взрослая, — бормочет с горечью в голосе. — Уже арендовала помещение, привезла снимки, готовит сейчас рекламу. Все лето планирует выставляться, а потом уедет обратно. Таков план.
Я не могу не обратить внимание на то, как задумчиво скользит взгляд Макса по стенам офиса, не задерживаясь ни на чем дольше нескольких секунд. Он расстроен и сбит с толку, а ещё я абсолютно точно знаю, что он безумно скучал по сестре и сильно корил себя за то, что так никогда с ней достаточно не сблизился.
— Я так понимаю, деньги на выставку не родительские?
Тот качает головой и складывает пальцы в замок перед собой.
— Я сам удивился, откуда такие связи и возможности, но это же Кира. Она всегда была умнее нас всех, — спорить с этим трудно, я задумчиво киваю. — К тому же, вспомни, где она учится.
В этом несомненная правда — когда-то даже с той толикой своих знаний о Кире Орловой, я голову был готов на отсечение положить, что она поступит на факультет искусств или как минимум, станет изучать что-то связанное с литературой. Слова «школа бизнеса» для меня тогда прозвучали как гром среди ясного неба. Какой это был счету раз, когда я убедился в том, что ничего об этой девчонке не знаю?
В течение следующих получаса я узнаю, что Кира, несмотря на возвращение на родину, наотрез отказалась оставаться в родительском доме и теперь обитает в съемной квартире на Печерске — в каких-то десяти минутах ходьбы от моего дома, водит дорогой и, по мнению Макса, совсем не женский 570тый Лексус, а также старательно избегает встреч со всеми родственниками.