- С…спасибо.
- Не за что. Пойдем.
Это тебе спасибо за то, что, кажется, мечты действительно сбываются, стоит только сильно захотеть.
Глава 7. Немного о том как это было
Ника
Странно здесь быть. Странно, что на мне мужская одежда не моего мужа. Это странно, что…дискомфорта я не чувствую. Совесть спит. А главное, странно, что мне почему-то вдруг намного спокойней не в моем доме, а в шикарном, но чужом лофте.
Устроившись на огромном диване Миши, мы друг на друга почти не смотрим. Я подтянула ноги к груди, он вальяжно раскинулся. И вроде — по разные стороны, расстояние есть, а мне кажется, что он будто совсем рядом. За плечи меня мягко обнимает, гладит так, что тело все скручивает в узел.
Я молчу.
Миша что-то говорит сам. Он пока не давит на меня с расспросами, как будто чувствует, что мне нужно время, а оно действительно нужно.
Прийти в себя после такого поцелуя…дело не из легких.
Знаете? Я всегда думала, что меня уже ничего не удивит. Я ведь и замужем, и про секс давно знаю, но сегодня я впервые поняла, что, оказывается, сексом можно заняться, не занимаясь им. Одним поцелуем.
Меня так никогда не целовали.
Страстно, дико, будто в последний раз.
Поначалу я дико опешила. Думала ведь как? Миша просто хочет каких-то доказательств для себя. Возможно, о моих серьезных намерениях? Ведь он тоже сильно рискует, ввязываясь в эту авантюру. Все-таки лучший друг…
Но теперь…мне кажется, что дело несколько глубже.
Так не держат жену лучшего друга. Так на нее не смотрят! И не шепчут ей проникновенно, а еще, что определенно точно, не упираются в живот своей огромной эрекцией.
Боже.
Как только вспомню габариты и то ощущение, когда я их прочувствовала — краснею до кончиков волос. И хотелось бы сказать, что я понимаю, почему по нему девчонки с ума сходят — с таким-то аппаратом! Но язык не поворачивается. Дело не в этом. Точнее, не совсем в этом.
В который раз убеждаюсь, что вся загвоздка в самом Сахарове. Он ведь не только умный и интересный, еще и как сплошной порок и искушение — красивый, что глаз не оторвать. Голос глубокий. Шепот завораживает и покрывает мурашками. Тело, как у Бога. Интересно, он из качалки вообще не вылезает? Сколько требуется ресурсов, чтобы поддерживать такую форму?! Даже Яну на это приходится убивать кучу времени: он встает в шесть утра и идет в зал, а оттуда сразу в офис. По вторникам и пятницам после работы еще и на бокс.
Бокс...
Как представлю Мишу разгоряченным, мокрым от пота, с бугрящимися мышцами...когда все мужское вылезает наружу, прямо как вовремя…
БОЖЕ! О таком вообще молчать и только молчать! Потому что нельзя так думать о нем! Я себе запрещаю!
И запрещала все эти десять лет…
К моему стыду, но мысли не всегда можно контролировать. Иногда, когда Миша к нам приезжал в гости, а я улавливала запах его парфюма или взгляд, меня одолевали фантазии. За них очень стыдно, и это правда. Я искренне верю, что нельзя так! Даже в голове своей изменять своему мужу, но что мне то делать?! Если он нравится. Как ведет себя спокойно, что говорит, шутки его, смех…Отсюда и сны. Бывало, что он снился мне, и это самый настоящий позор, но то, что во снах происходило между нами…даже с Яном никогда не происходило.
Наверно, это просто…я не знаю, глупости? Ловушки собственного тела? Миша источает сильные феромоны — вот и все. Вот и все! Недаром же у него целый гарем девчонок…
- Пицца приехала!
Миша лучезарно мне улыбается, а я мысленно благодарю, что есть повод отвлечься на что-то другое. А не смотреть на его руки и не вспоминать, как эти руки сжимали мои бедра…
Боже…я буду гореть за такое в аду…
Хотя с чего бы вдруг?! Ян вряд ли страдает угрызениями совести, и вот эти воспоминания приносят мне боль.
Поэтому когда Миша возвращается с коробками и садится, радостно потирая крупные ладони, я выпаливаю.
- Я пыталась заставить его ревновать…
Сахаров тут же застывает.
Он медленно переводит на меня взгляд, и я это чувствую, но поднять свой не смею. Уложила голову на колени и уставилась в диван — ни за что не двинусь! Даже под пытками!
Рассказать ему? Это уже пытка и есть, а смотреть еще и в глаза? Увольте! Что он и так обо мне думает, нетрудно догадаться: бревно и чертова тихоня, которая мужа упустила, потому что совсем не разбирается в сексе.
А по факту — это так и есть.
Я всегда чувствую дикий дискомфорт, когда Ян находится рядом. Знаете? Такое ощущение, что я никогда недотягиваю, поэтому расслабиться не могу! Только и думаю, как буду выглядеть в его глазах, какой он меня в принципе видит. На репите снова-снова-снова, какой тут секс нормальный?! Если я сгусток комплексов и неуверенности в себе, что по факту сейчас имеет прямое подтверждение…
Вздыхаю и убираю волосы за ухо, еще пару мгновений молчу, а потом киваю самой себе.
- Ты сказал, что надо заставить его ревновать, и я пыталась. Делала вид, что переписываюсь, но он меня всю неделю не замечал, будто я — пустое место…А вчера я нашла в его пиджаке подарок. Бриллиантовые сережки, которые мне очень понравились. Я их хотела, но Ян говорил, что пока не может купить. Он же недавно машину обновил…
- Ага. И ты подумала, что сподобился?
Мажу Мишу взглядом, но сразу его опускаю. Правда, подметить злость успеваю. Ты злишься? Или, мне кажется? Может, и зря это я? В смысле…вообще рот свой открыла. Он может и не быть на твоей стороне! Хотя я в этом и сомневаюсь. Чисто на интуитивном уровне чувствую, что Сахаров как раз за меня. Да и в любом случае…кому-то рассказать я должна, а он точно поймет. По-другому просто быть не может — тоже на интуитивном уровне чувствую, что он меня всегда больше всех остальных понимал.
Даже больше Яна.
- Я подумала, что он купил их для меня, но Ян ничего так и не сказал, - тихо продолжаю, ковыряя пальцем диванный шов, - Я ждала до утра. Он снова промолчал. Хотела верить, что он свидание для меня готовит, но…
- Не готовил.
Мотаю головой и еле слышно повторяю.
- Не готовил…Я…решила за ним…
- Проследить.
Киваю.
- У него до сих пор включена геолокация, и я поехала…Боже, чувствую себя такой идиоткой! Так унизительно…
- В том, чтобы узнать правду, нет ничего унизительного, Ник.
- Я видела их в дорогом ресторане при отеле, - шепчу совсем еле слышно, а потом поднимаю глаза на Мишу, - С какой-то брюнеткой.
- Ира.
- Ты ее знаешь?
- Давно. Учились вместе.
- Вы…вместе учились?
- Я правда не знал, что он с ней снова спутался.
- Они…были вместе?
Это удар. В груди больно разбиваются еще какие-то иллюзии, а Миша, словно читая это, поджимает губы и мотает головой.
- Прости, я думал, ты знаешь.
- Нет…кто она?
- Ник…
- Ответь.
Вздыхает.
- Я совсем не умею этого — мягко выражаться и все такое…
- Ничего, - киваю, как заведенная, с улыбкой вытирая слезы, - Мне сейчас это и нужно — лести или страха задеть мои чувства. Правду хочу…
- Ты хочешь, чтобы я рассказал про их отношения?
- Да.
- Уверена?
- Да.
- Хорошо.
Миша встает и идет к бару, совершает какие-то манипуляции, а возвращается с двумя коктейлями в красивых, резных стаканах.
- Бери.
- Думаешь, я не выдержу всего этого без допинга?
- Думаю, что я сам не выдержу всего этого без допинга, а пить в одиночестве не люблю.
Усмехаюсь. Ну-ну. Миша хоть и говорит, что он не умеет быть мягким, но это не так. Он всегда старательно подбирает слова, если дело доходит до чужих чувств. Я давно это заметила. И со мной так, и с Яном так, да со всеми так! В Мише есть доброта и страх кого-то обидеть. Он даже про своих «розочек» не говорит с насмешкой или уничижительно. Всегда называет их королевами, но королевами одного дня.
Может, поэтому к его «бабничеству» я отношусь больше благосклонно, чем иначе? Нет, мне, кончено, такой образ жизни не кажется правильным, но открыто его ненавидеть? Нет. Не получается.