Дуглас медленно приближается ко мне. Тени ночи и слабого освещения пугающе играют на его, словно вырезанном из камня, лице. Я стою, не двигаясь, ловя взглядом блик то в его кристально-жестоких глазах, то на острых скулах.
Вздрагиваю, когда его пальцы скользят по моей щеке, и он обхватывает ими мой подбородок.
– Он лишний, Тьяго. Уже очень давно Мартин стал лишним в моей жизни. Обузой, которую я терплю и продолжаю изводить. Я могу прийти к нему пьяным, неудовлетворённым, злым и высказать всё, что у меня в душе и на языке. Могу облить его словесным дерьмом и врезать ему. Могу показать, кто сейчас доминирует. Могу причинить ему боль и насрать на неё. Могу пользоваться им, сколько хочу и не оплачивать его услуги. Могу его растоптать и плюнуть в лицо. Могу сделать с ним что угодно, потому что меня он не волнует. Но я не могу прийти к тебе и ударить тебя за то, что моя злость и ненависть к себе растёт. Не могу дотронуться до тебя и начать изводить своими играми, потому что не в силах смотреть на твои страдания рядом со мной. Не могу воспринимать тебя, как Кензо и других, когда ты не отказываешься от своих чувств, даже испытывая недомогание. Не могу подавить тебя, потому что ты сильнее подавляешь меня. Не могу применить к тебе силу, опасаясь того, что ты исчезнешь. Не могу больше ненавидеть то, что ты со мной делаешь, поэтому рассказал тебе всё. Ни один из тех, с кем я играл, не вынуждал меня рассказывать всё честно, смотря в глаза, полные сожаления и боли. Ты делаешь меня слабее, а я не люблю быть слабым. Не хочу быть слабым. Я не потеряю свою власть, Тьяго. С этим тебе придётся смириться. – Он наклоняется, оставляя лёгкий поцелуй на моих губах, и отходит.
– Доброй ночи, тигрёнок. Завтра утром выспись, я уйду очень рано. Перенёс слушанье с сегодняшнего дня на завтра в восемь утра, и мне надо подготовиться, – добавляет Дуглас, открывая дверь.
– Прости, что из-за меня тебе пришлось…
Он оборачивается и усмехается. У меня пересыхает в горле от этого вспыхнувшего похотью взгляда.
– Если бы я сам не хотел, то не остался бы здесь с тобой, Тьяго. Я хотел и хочу. Подумай над этим. До завтра, – подмигивает играючи, словно несколько минут назад не выложил мне свою ужасающую подноготную. Соблазняет вновь, как будто не рискнул ради меня открыться и довериться, когда это для него смерти подобно. Мягко закрывает за собой дверь, и такое чувство словно его подменили, или же он просто стал свободнее в своих мыслях. Но, определённо, стиль наших отношений изменился.
Глава 35
В связи с тем, что завтрак готовить не нужно, я провёл часть ночи, обдумывая слова Дугласа и его прошлое, а затем меня «вырубило» к пяти утра. В итоге я проснулся в десять уже полон сил и с каким-то странным спокойствием внутри. Как будто солнце взошло в моей душе, хотя за окном дождь и тучи. Но, оглядевшись вокруг себя, я улыбаюсь. Мне стало хорошо. От признания Дугласа я отошёл и понял его. Я услышал больше, чем он смог мне сказать. Мартин больше не представляет собой угрозу для меня, как любовник, но Дуглас подсознательно слушает его, мотая на ус то, что ему нужно. И моя задача доказать, что он должен слушать только себя, потому что сам он намного лучше, чем хочет казаться. Пусть бьёт себя в грудь, доказывая, что ничего не чувствует. Но он сам же противоречит этому и словами, и действиями, и поступками, и взглядом своих глаз. Он боится переступить через своё прошлое, как и я боюсь переступить через ту ночь с Орландо. Дуглас так же морально изнасилован, как и я. Встретились два одиночества. И вместе мы сможем больше. Мы в силах помочь друг другу.