– Подожди… дай мне минуту, ладно? Я… то есть ты предлагаешь мне быть домработницей? – шокировано шепчу.
– Верно. Но в приличном мире это называется домашней прислугой, и исторически так сложилось, что именно мужчины имели право прислуживать мужчинам, во избежание неподобающего поведения. Я столкнулся с подобным, и мне это не понравилось. Ты другое дело. Ты мужчина, и тебя не привлекает моя постель…
Конечно, думай так и дальше.
– Я подготовил контракт для тебя, Тьяго. Там описаны все твои обязанности и сумма, которую я готов тебе платить каждую неделю. Пять тысяч долларов. Тебя устраивает эта сумма? Хотя тебе выбирать не приходится, здесь правила устанавливаю я. Таким образом, я буду всегда в курсе твоих дел и запрещаю тебе продолжать работать на твоего друга, да и заказов у тебя нет, кроме подобных сегодняшнему. Это противно. Проституток в своём доме, как я и говорил ранее, не терплю. Я даю тебе хорошую возможность не оказаться на улице. И раз уж тебе скрывать нечего, ты не врал мне и, действительно, не имеешь никаких отношений со Стефаний, то волноваться тебе не о чем. Ты останешься в плюсе. Заработаешь больше, чем в этой порнографической сфере. Улучшишь своё образование, смотря на меня, и у тебя появится возможность поступить в тот университет, в который планировал. Ведь если я захочу, то тебя никуда не примут, как и откажут в ученической визе. Надеюсь, я чётко рассказал тебе о своих возможностях, и ты поступишь верно.
– У тебя ещё есть время на раздумья, пока я ем. Ознакомься с контрактом, это поможет тебе принять правильное решение, – добавляет Дуглас, возвращаясь к мясу и теряя всякий интерес ко мне.
Но я не могу. Хочется сейчас же возразить и уйти отсюда. И в то же время моя рука тянется к контракту, и я читаю его. Это безумие, не так ли? Работать на неприятного, но очень красивого типа, который очень ясно разжевал мне все последствия моего отказа, сущее безумие. Такого поворота событий я точно не ожидал. Контракт составлен очень грамотно. Там по пунктам перечислены мои функции: уборка, готовка, сдача одежды в химчистку, поддержание идеальной чистоты вокруг, как и исполнение приказов и пожеланий Дугласа. Даже перечень продуктов указан, как и время, когда он принимает пищу. Надо отвозить её в офис дважды в день. В первой половине дня и к двум часам вместе с лёгким перекусом на пять часов. График работы, свиданий и тренировок, чтобы я мог варьировать и выполнять все условия договора. Раб. Наверное, это самое точное описание того, что он мне сейчас предложил. Но при этом Дуглас обеспечит меня жильём, едой и деньгами. Пять тысяч в неделю на месячный срок с возможностью продления, если обе стороны останутся довольны. За месяц я заработаю двадцать тысяч, и мне хватит этих денег не только на оплату года обучения, но и смогу позволить себе не трогать деньги, отложенные на покупку недвижимости. Конечно, деньги правят миром, и это подкупает. Снова. Люди такие продажные. Идут против страхов, только бы стать свободнее здесь, в этой стране. И я ужасен в своих мыслях. Самому от себя противно, но завтра я, действительно, окажусь на улице. Никто здесь мне не сдаст квартиру в приличном районе, как и Эдди вряд ли даст мне ещё заказ.
– Я бы хотел внести некоторую ясность в этот контракт. Никакого насилия. Никаких физических расправ. И я хочу чётко видеть обещание оставить в покое моих друзей, как и меня, когда ты убедишься, что я был честен, и Стеф мне не нужна. – Боже, я не узнаю свой голос. Он безжизненный, обречённый и в то же время очень официальный.
– Ты соглашаешься, Тьяго?
Поворачиваю к Дугласу голову, откладывая контракт.
– Я соглашусь, если ты внесёшь мои условия в этот документ. А также я требую, чтобы там было прописано и то, что ты никогда после отработанного месяца не появишься в моей жизни. Ты оставишь меня в покое и не будешь вставлять палки в колёса.
– Разумно. Я знал…
– И ещё. У меня будет личная жизнь, вне зависимости от этой работы. Я буду иметь право встречаться со своими друзьями, и не позволю тебе ограничивать меня в этом. Я готов согласиться готовить еду, убирать эту квартиру и прислуживать тебе, но свободу мою ты не отнимешь.
– Нужна ли тебе эта чёртова свобода, Тьяго?
– Это единственное, что у меня есть ценного в жизни. Свобода выбора и свобода мыслей. Поэтому да, я требую её и настоятельно.
– Хорошо. Дополню контракт, распечатаю, и мы оба его подпишем. Ты же понимаешь, что со мной шутки, охренеть как, плохи?
– У тебя просто нет чувства юмора, но это не смертельно. Так что да, я всё чётко осознаю и с радостью помою твой язык с мылом, ибо это уже ненормально. Но ради своих друзей и возможности для себя жить нормально в Америке, я готов унизиться снова. И да, надеюсь, что ты тоже понимаешь, что если, по какой-то причине, разорвёшь контракт, и я не отработаю месяц, то мне будет плевать, что предпримешь дальше, потому что я имею больше власти над Стеф, чем ты. А я принципиально сделаю всё, чтобы ты пожалел об этом, Дуглас.