Но в свою очередь для Лансемалион Бальмуара всё было предельно просто и ясно. Ведь неспроста разрешались все эти сражения между родами. Вся суть в том, чтобы выявить лучшего. Но не того, кто собрал большей воинов или накопил больше денег. А того, чьи методы оказались эффективные.
Адрион выбрал свой путь, когда Зелгиос Торвандори, его отец, совершил ужасную ошибку и просчёт. Глупость, которая ярко давала понять то, что глава семьи не справляемся со своими обязанностями. И тогда Адрион снова вспомнил слова своего отца: нет ничего важнее рода Торвандори.
Так посчитал Адрион, после чего предпринял решительные меры. Он не просто захватил власть, а встал во главе разрушенного дома, не потеснив собственных позиций. Старший наследник смог выжить в гадюшнике, под названием Эдем, в окружении самых опасных врагов, которые сплотились против его одного.
И просто убивать своего брата он не будет. Он даст ему возможность попробовать вернуться в Эдем. Попробовать добраться до заветной вершины, где определится лучший, но не во владении оружием и не в заработке денег.
По этой же причине Ланс и не устроил грязную борьбу. Даже если бы он победил с помощью союзников отца, разве бы это доказало, что Граниир способен добиться большего процветания для своего рода? Нет, не доказало бы. Это бы не решило ничего. Как и ничего не докажет и Адрион убив сейчас Лансемалиона. У нового главы рода Торвандори куча золота, он может купить всех профессиональных убийц, которые группой легко одолеют господина Бальмуара. Но это ничего не решит. Ничего.
Глава 22
— Нека, тебе необходимо вычистить кухню и ванную. Краны, плитка, раковины, окна — всё должно блестеть. Справишься?
В ответ хвостатая девушка утвердительно закивала и сразу же убежала на кухню. Ланс же с ещё одной рабыней отправился на улицу.
— Думаете у неё всё получится? — спускаясь по лестничной площадке, спросила Ада.
— Нет, конечно же, нет. Сделает что сможет. А затем по возвращению ты объяснишь, где она допустила ошибки. Но ей пора учиться самостоятельности заново. Раб неспособный на разумную инициативу — бесполезный раб.
— Как скажете, хозяин.
Ланс уже покинул дом, вышел во внутренний двор, открыл незапертую калитку после чего замер. По другую сторону ограждения, прямо на дороге сидел чёрный орк. И судя по всему, он провёл здесь всю ночь.
Но стоило аристократу выйти на улицу, как сразу же воин очнулся от медитативного сна. Веки поднялись, затем в движение пришла и гора мышц, могучая рука воина рывком сняла свою секиру из-за спины. Ада уже тоже потянулась к своему оружию, но, прежде чем её рука коснулась рукояти, Гнарг Дурзол упал на колени, да с такой силой, что дорожная кладка чуть было не раскололась. Благо секиру свою орк не стал вонзать прямо в землю, а лишь со стуком опустил перед собой.
— Лансемалион Бальмуар! — взревел бывший чемпион Великой Арены Сароса.
— Так, Ада, отправляйся на выступление сама. Передай уважаемому Дхинарелу мои извинения за моё сегодняшнее отсутствие.
— Хорошо, — сразу же кивнула рабыня, бросая странный взгляд на орка, после чего отправилась уже одна в сторону новой арены.
Орк же тем временем продолжал стоять на коленях, смотря только в пол, руками он также опёрся на землю. Зрелище крайне странное, так ещё и рёв Гнарга пронёсся по улице, чем привлёк лишнее внимание случайных прохожих.
— Гнарг, я же тебе говорил…
— Лансемалион Бальмуар! — снова проревел чёрный орк, теперь уже начали открываться окна, из которых начали выглядывать другие граждане.
— Хватит орать, — сквозь зубы прошипел аристократ. — И встань с колен, ты свободный гражданин, у нас так не принято.
— Я свободный гражданин, верно. Так что указывать мне вы права не имеете. Я пришёл служить великому воину.
— Граждане Эдема служат только в армии на благо городов и этого мира, а граждане должны соблю…
— Вы спасли меня от верной гибели, одолели бога, от вашей мощи сокрушались горы, — Гнаргу было абсолютно плевать на слова аристократа. — Теперь я обязан вам жизнью. И лишь своим служением я могу отплатить за спасение.
— Мне не нужны слуги. И встаньте, пожалуйста, на нас странно смотрят.
— Я не могу запятнать свою честь неблагодарностью! — на чёрного орка, стоящего на коленях, уже начали показывать пальцем. — Если вам не нужен слуга, сделайте меня своим рабом! Этого правила и традиции Эдема не запрещают. Либо убейте. Иначе я никуда не уйду. И пусть многие на меня сейчас смотрят с насмешкой, но если я поступлю иначе, то тогда уже взгляд моих предков наполнится презрением.