Пролетев по подземному туннелю, Ада стремительно преодолела такой знакомый завядший внутренний двор. Рабыня влетела прямиком в музей, где остановилась на передышку. Так быстро и одновременно так долго она ещё никогда не бегала.
Хранитель же в это время как раз убирал главный зал. Горгульи вытирали пыль с высоких шкафов и витрин, меняли кристаллы света на огромных люстрах. Работников было крайне мало, так что борьба с грязью имела весьма и весьма переменный успех.
— Что случилось, госпожа Ада? — голем действительно удивился и даже выронил свою метлу, когда разглядел, что именно находиться в руках его гостьи.
А дражайшая посетительница ничего не говорила, продолжая громко хватать ртом воздух. В руках она держала окровавленное тело зверолюда, имеющего столь много общего с семейством опоссумовых. Довольно быстро всё встало на свои места в сознании Хранителя, пока лицо рабыни стремительно приобретало виноватый вид.
— Извините… — кое-как произнесла Ада, боясь посмотреть в сияющие глаза голема.
— Ничего… Я понимаю, — спокойно ответил Хранитель, отдавая указание горгулье.
Каменная скульптура в форме дракона хвостом позвала за собой рабыню и умирающего зверолюда, после чего скрылась в комнате с лифтом. Остальные работники тоже разбежались по помещениям.
Хранитель же остался в главном зале, аккуратно присев на ступеньки ведущие в помещения на верхних этажах. Там раньше проживал персонал, среди которого находились и живые. Правда те времена давно прошли, очень давно.
На неизменном лице голема застыла задумчивость. Пусть его мимика и была крайне скудна, но всё компенсировалось сиянием в глазах. Именно сиянием, которые излучались главным источником энергии. И в этом свете магического кристалла отражались все эмоции, спектр которых оказывался куда шире, чем у многих смертных.
И сейчас Хранитель не испытывал гнева или презрения, даже не чувство обиды преобладало в сознании. Лишь лёгкая грусть. Он знал, что раб не может идти против хозяина. К тому же и этот взгляд рыжеволосой гостьи… В нём действительно виднелось искреннее сожаление. Или это лишь иллюзия? Самовнушение, выдаваемое за реальность из-за того, что голем начал забывать кто такие смертные на самом деле?
Ещё при жизни, вернее, при той жизни, когда душа и сознание Хранителя были заключены в физической оболочке из плоти, он никогда не жалел свечей для долгих бесед и размышлений. Этого не смог забрать и перенос. Только в этот раз поток несущихся мыслей был прерван куда быстрее, и вовсе не на замену свечей.
— Где они? — прямо спросил вошедший без приглашения южанин, за которым внутрь ввалилось ещё несколько человек, поспешивших рассредоточиться с целью поисков: вряд ли у них получится что-то найти в этих лабиринтах помещений.
— Не понимаю о чём вы говорите, — нейтрально произнёс голем, поднимаясь в полный рост. — Вас интересует какие-то конкретные экспонаты в нашем музее?
— Не играй в дурака! — рявкнул маг огня, обнажая клинок.
И сразу же одним пламенным рывком незваный гость достиг Хранителя, вонзив свой меч прямо в грудь голема. Магический металл пробил грудь насквозь, даже не почувствовав сопротивления.
— Вы же в курсе, что я не чувствую боли? — спокойно спросил Хранитель, глядя на южанина сверху вниз.
— Даже искусственная жизнь боится неизвестности, идущей об руку со смертью, — парировал маг огня, проворачивая клинок, а вместе с тем огонь начал распространятся изнутри.
— У меня есть несколько тел, да и смерти я не боюсь.
— А за свои экспонаты?
— Это всё дубликаты, которые мне под силу заменить.
Вместе с гримасой отвращения южанин вырвал клинок. Безумцем этот маг огня не был и быстро смекнул, что пытками и угрозами он здесь действительно ничего не добьётся. Поэтому направился прямиком за свои людьми на поиски.
Сам же Хранитель снова сел на ступеньки. От удара мечом лишь слегка потухло сияние в глазах. Жалко было экспонаты, которые всё равно пострадают из-за грубых и безуспешных поисков желаемого. Хотя целенаправленно уничтожать здесь всё они не станут. Смысла в этом для них нет. А то, что сломают… что же, ничего оригинального в доступных помещениях не было. Действительно важные экспонаты находятся в секретных хранилищах, которые запечатаны.