Супер!
Кое-как доедаю свою порцию омлета, после мою посуду и ухожу к себе в спальню.
Время доходит двенадцать часов дня, а я не знаю чем себя занять, когда в последний раз такое было, уже и не вспомню.
Приняв горячий душ, я села писать лекции, которые мне любезно скинули преподаватели на почту. Как бы я не противилась, но учёба меня всегда отвлекала от гнетущех мыслей, которых сейчас в моей голове списком на кучу страниц. Когда с писаниной было покончено, на улице уже стемнело.
Поужинав, я позвонила Джеймсу, что-бы предупредить его о сложившейся ситуации и о том, что выступление возможно придётся отменить, но его ответ меня поразил...
— Подожди, твой брат звонил мне вчера, сказал, что тебя не будет в стране и что выступить в день концерта мы не сможем, но он договорился и всё переносится на начало ноября. — ошарашивает этим заявлением друг.
— Что?...
— Он что, не сказал тебе ничего?
— Нет.. — скорее мямлю, чем говорю. — А он не сказал что случилось?
— Только то, что это для твоей безопасности.
— Хорошо.
— Дженни, пожалуйста, звони мне, я переживаю за тебя, ты мне не чужой человек. В последнее время ты сама не своя. — голос друга снижается практически до шёпота, а мне так хочется расплакаться.
— Джей, у меня сейчас не самый лучший момент в жизни, но я обещаю, что буду держать тебя в курсе всего. — говорю в сердцах.
— Тогда хорошо. Спокойной ночи, малышка. — так ласково произносит он.
— Спокойной ночи.
Почему Макс не сказал мне ничего?
Он... Он всё решил сам, перенёс этот концерт и ничего не сказал.
Отбрасываю телефон в сторону, вытераю с лица эти долбанные слезы и чуть-ли не мчусь в комнату сводного.
График новых глав: понедельник, среда, суббота
38. Дженни Картер
Тело испытывает перезарядку, когда я, даже не постучав, влетаю в комнату сводного.
Парень стоит около окна в одних домашних штанах, а когда слышит хлопок двери медленно, буд-то испытывает меня, оборачивается. На лице ноль эмоций, ни удивления, ни резкости, вообще ничего.
Я делаю не смелый шаг в его сторону и останавливаюсь.
— Ты звонил Джеймсу?! — скорее утверждаю, чем спрашиваю, голос при этом звучит ровно.
— Звонил, и что? — он, черт бы его побрал усмехается.
И что?
— Зачем? — да, я знаю зачем он ему звонил, но я хочу услышать это от него.
— Ты наверняка уже знаешь.
Он смотрит мне в глаза, а такое чувство словно видит и мою душу...
— Зачем? — не отступаю.
Макс делает медленные, но уверенные шаги в мою сторону, и останавливается почти в плотную ко мне...
— Предупредил, что ваше выступление переносится на удобное для тебя время. — говорит медленно, отчеканивая каждое слово.
Удобное для меня время.
А когда оно будет?
— Почему ты не сказал об этом мне? Ты... Вообще собирался мне говорить?
— Да. — уверенно и немного жостко. — Когда всё немного утряслось, я бы тебе сказал.
Как-же меня всё это достало! Эти тайны, скрывание не пойми от кого и от чего. Что вообще происходит? Почему я не могу ничего знать?
— Что утряслось? — говорю с вызовом.
Макс по-прежнему всматривается в моё лицо: глаза, складки между бровей, нос, родинка на щеке и наконец застывает на губах. Он молчит, и видимо даже не собирается отвечать на мой вопрос, а меня уже выворачивает.
— Да что вообще происходит? — начинаю задыхаться от ярости, что копилась во мне. — Почему мы здесь? Объясни мне!
— Не сейчас.
— Да что значит не сейчас?! — снова срываюсь и добавляю уже тиши: — Макс, почему я нимогу услышать правду? Я не маленькая девочка, и то же хочу знать, что черт возьми творится. Кому-то угражает опасность? Вы перешли дорогу, или это из-за бизнеса моего отца? Если это все-таки так, то я должна знать...
Но до говорить я не успеваю, потому что он...Он...Боже, он меня целует!
Макс сжал мой подбородок и резко притянул к себе, его горячие дыхание опалило мои губы, после чего он накрыл их своими. Он не церемонился, сразу-же стал углубляться, а я ему ответила. В этом поцелуе нет ни капли нежности, только жестокость и вся та ненависть, что испытываем друг к другу.
Я кладу руку ему на затылок и оттягиваю волосы, от этого действия сводный рыкнул и прижал меня плотнее. Поцелуй стал с привкусом металла, он медленно оттягивал сначала верхнюю губу, потом нижнюю, а после слизывал с них капельки крови. Его ладони жадно изучали моё тело и сминали грудь, заставляя огонь в нутри меня разгораться ещё больше.