Я замерла, глядя на него. Его аура оборотня — мощная, подавляющая — в этот момент показалась моему второму «я» аурой командира.
Прошло несколько секунд. Снова «щелк».
Тень солдата исчезла так же внезапно, как и появилась. Я моргнула, глядя на опрокинутый стул и на то, как Бастьен пристально изучает мое лицо. Я густо покраснела и неловко подняла стул.
— Простите... я, кажется, задумалась, — пробормотала я, садясь на место. — О чем мы говорили? Ах да, отличный соус, мам.
Я вела себя так, будто ничего не произошло. Это была моя защитная реакция — стереть из памяти последние две минуты. Я не заметила, как Бастьен обменялся коротким, многозначительным взглядом со своим отцом, а затем снова посмотрел на меня. Теперь в его взгляде была не просто жажда обладания, а научный интерес пополам с извращенным удовольствием.
Его «идеальная сестра» оказалась сломанной игрушкой. И это нравилось ему гораздо больше, чем он готов был признать.
2 глава
Мама как раз начала рассказывать Оливье о деталях переезда, когда мой телефон на столе завибрировал. На экране высветилось имя моего однокурсника — Марка.
— Ой, простите, можно я отвечу? — я виновато улыбнулась родителям и Бастьену. — Это по поводу проекта в колледже, он очень просил перезвонить.
— Конечно, дорогая, — кивнул Оливье.
Я прижала трубку к уху. В голове снова раздался этот характерный «щелк», но на этот раз он был мягким, тягучим, как плавленая карамель. Моя спина расслабилась, я медленно откинулась на спинку стула, закидывая ногу на ногу так высоко, что разрез юбки опасно обнажил бедро.
Мой взгляд затуманился, а голос... голос стал низким, с хриплыми, порочными нотками, от которых у мамы округлились глаза.
— Алло, Марк... — я выговорила его имя так, словно пробовала на вкус запретный плод. — Ты так не вовремя, котик. Хотя... смотря что ты хочешь мне предложить.
Я накрутила прядь волос на палец, глядя прямо на Бастьена. Теперь я не была «солдатом». Я была опытной куртизанкой, которая знала о мужских желаниях всё.
— Опять хочешь тот грязный сценарий в раздевалке? — я тихо, вызывающе рассмеялась в трубку, не обращая внимания на звенящую тишину за столом. — Помнишь, как в прошлый раз у тебя дрожали руки, когда ты расстегивал мою молнию? Если хочешь повторить, тебе придется постараться. Я хочу, чтобы ты взял меня прямо у зеркала, чтобы я видела, как ты теряешь контроль... Да, именно так. И не забудь те игрушки, о которых мы говорили. Я хочу чувствовать себя полностью в твоей власти, пока ты не выжмешь из меня всё до капли.
Я прикусила губу, глядя на Бастьена с вызовом, будто это он был тем парнем на другом конце провода. Мои зрачки были расширены, а на щеках горел порочный румянец.
— Жди меня завтра в семь, — шепнула я. — Приготовься потеть. Целую.
Я нажала отбой.
«Щелк».
Лицо мгновенно разгладилось, туман из глаз исчез. Я аккуратно положила телефон на стол, поправила юбку и как ни в чем не бывало взяла нож и вилку.
— Простите, — мягко сказала я, обращаясь к ошарашенным родителям. — Марк просто очень переживает из-за нашего реферата по экономике. Говорит, что мы не успеем сдать теорию вовремя, представляете? Придется завтра встретиться в библиотеке пораньше.
Я отправила в рот кусочек мяса и довольно зажмурилась, совершенно не замечая, что мама побледнела, а Оливье едва не подавился вином.
Но Бастьен... Его реакция была иной. Его пальцы так сильно сжали ножку бокала, что она едва не треснула. Он не отрывал взгляда от моих губ, и его хищная ухмылка превратилась в нечто более тяжелое и темное. Его зрачки стали вертикальными, как у зверя. Он только что услышал, какой Манон может быть «в деле», и это знание, смешанное с яростью, явно сорвало у него предохранители.
— Библиотека, значит? — вкрадчиво переспросил он, и в его голосе послышалось глухое рычание. — Надеюсь, твой друг... прилежный ученик.
Я весело рассмеялась, не чувствуя угрозы.
— О да, он очень старательный!
Родители остались внизу обсуждать детали страховки дома, а Бастьен вызвался проводить меня до моей новой комнаты на втором этаже. Поднимаясь по широкой дубовой лестнице, я чувствовала его взгляд на своей пояснице — тяжёлый, почти физически ощутимый.
Моё сердце всё ещё колотилось. Чёрт, «куртизанка» сегодня разошлась. Я прекрасно помнила каждое слово про «грязный секс» и «игрушки», сказанное Марку, и от этого внутри всё горело от стыда. Но показать это Бастьену? Ни за что. Я буду держать лицо до конца.