Его экспромт заставляет и родителей улыбнуться. Отдаю родителям по бумажному стакану с чаем и сажусь в кресло. Саша открывает пакет и позволяет каждому выбрать булочку на свой вкус. Сначала берёт дядя Коля пышный пирожок, и садиться на кровати, подпирая спину подушкой. Мама следует его примеру и выбирает мучной крендель. Я наблюдаю за родителями и не замечаю, как передо мной стоит Саша с раскрытым пакетом.
- Мне, которая сахаром посыпанная, - улыбаюсь и показываю, что руки заняты двумя стаканами.
Саша достаёт булку мне и себе, кладёт пакет на кровать мамы, а сам садиться на подлокотник моего кресла. Других мест что ли нет?
Он берёт у меня один стакан и даёт мне булку в свободную руку.
- У нас с Лизой вчера идея появилась, - откусывает он от своей булки.
Мне передёргивает, но сразу отпускает от глупых опасений. Не про нас же он решил им рассказать.
- Как насчёт отпуска всем вместе после того, как поправитесь? – Саша говорит с набитым ртом.
Родители с пару секунд смотрят то на меня, то на Сашу, а потом мама говорит:
- Как раньше?
Голос мамы осторожен. Папа смотрит на нас с открытым ртом. Повисает такая неловкая тишина, что я решаю её прервать.
- Мам, пап, - зову я их. – Вы…
- Нет, - спешит дядя Коля меня перебить. – Просто, - он специально кашляет, чтобы перевести дух. – Неожиданно услышать такое предложение от вас двоих.
- Знаем, - Саша ест свою булку, как будто ничего не происходит.
- Вы не хотите? – спрашиваю у них я.
- Что вы, - мама сильнее наклоняется в нашу сторону и улыбается. – Мы рады, - её глаза отражают радость и волнение. О нет, мама. Не плач, а то я вновь разревусь…
- И куда вы хотите? – папа ставит свой стакан на тумбу рядом с кроватью, тем самым давая понять, что готов слушать. – Есть идеи?
- Угу, - Саша закидывает в рот остатки своей булки и достаёт из пакета следующую. Кажется, он единственный, кто не испытывает сейчас волнение этого момента. – Мы вчера весь вечер потели и думали, куда нам съездить.
В этот момент колено его ноги касается моего бедра. Что это?
Что это? Что со мной? Веду себя, как малолетка!
Потели? Да, он издевается!
- К морю, - выдыхаю я. – К солнцу.
- Можно в Турцию или Грецию, - Саша начинает есть вторую булку. – Или в любую страну Африки.
Африка? По-моему, мои глаза округляется. Африка после сложных операций? Туда же лететь минимум часов пять. Да и вообще, можно ли им будет летать?
И мы были в Африке.
- Мы же там три раза были, - напоминаю Саше. Он опускает свой взгляд на меня.
- В Марокко не были, - жует он слова вместе с булкой. – Ты же так хотела туда слетать.
Вспоминаю, как мы с ним спорили про последний наш визит в Африку. Он был за Тунис, я за Марокко. Сейчас и не вспомню, почему мы всё же выбрали Тунис. Но как мы спорили, помню до мелочей. Он издевался. И мой братец точно помнит это. Что же сейчас?
- Или можно попробовать один из российских курортов, - поворачиваюсь к родителям. Не собираюсь отвечать на это замечание Саши.
- Соскучилась по анаповской чаче? – смеётся Саша.
А вот это отсылка к моему отравлению в шестнадцать лет. Говнюк! Я резко поворачиваюсь к нему и смотрю наверх, но Саша только ухмыляется и жуёт дальше.
- Чаче? – тревожный вопрос от мамы.
- Да, - протягиваю недовольно. Зачем он вспомнил? – А может Крым? – Предлагаю другой курорт, в надежде сменить тему раз и навсегда.
- Крым! – Восклицает дядя Коля. – Света, у тебя же там подруга живёт!
Я и не знала про это. Хм, получается попала в точку, так как мама тоже начинает улыбаться.
- Точно! – Смотрит она на папу. – Алла лет тридцать уже живёт там, сто лет с ней не виделась.
- Можно связаться с ней, - теперь папа предлагает.
Я прикрываю глаза с облегчением и откусываю от сладости в руке, мой чай начинает остывать. Делаю глоток, наблюдая, как родители ударились в воспоминания. Они сейчас такие радостные.