Крым. Можно попробовать через пару-тройку месяцев. Надо посмотреть цены на отели. Или мы поедем к Алле?
- Она точно будет рада нашему приезду! – улыбается мама и оглядывает всех.
Как быстро всё решилось.
До Крыма можно и на поезде доехать. Это ещё один плюс.
- Эй, - недовольно ворчу на Сашу. Он берёт мой чай и делает огромный глоток.
- Всё равно не пьёшь, - пожимает он плечами.
- Я ещё не успела, - огрызаюсь и забираю свой стакан.
Делаю глоток и замечаю, как родители смотрят на нас.
- Что? – не понимаю, чего на них нашло.
Папа оголяет зубы, улыбается, а потом отвечает:
- Вы совсем не изменились.
Не изменились… Не уверена в этом.
Или?
Вчерашняя ночь. Меня затягивает в воспоминания. Мы всегда прятались от родителей. Прячемся и сейчас, но уже не только от них.
На меня накатывает жуть.
Папа прав, мы не изменились. И более того: мы повторяемся.
Остановись, Лиза.
-18-
Саша.
Мы проводим с родителями часа четыре. Или больше. Такая дружная атмосфера получилась, что уходить совершенно не хотелось. Папа сделал ещё шаги. Точнее он прошёлся по коридору без помощи. Я даже шаги не считал, сбился.
Лиза больше не плакала. Мне легче.
Мне звонил директор и напомнил про все документы, что я должен взять в командировку.
- Как родители? – Спрашивает он.
- Намного лучше, - вздыхаю. Вздыхаю, потому что не хочу уезжать. – Надеемся, скоро отпустят домой.
- Это хорошо, - отвечает директор. – Не кисни, ты мне нужен в хорошем настроении, - завершает он и кладёт трубку.
Я только улыбаюсь на это и кошусь в сторону семьи.
Папа уже пытался сегодня намекнуть мне про семейное дело. Почему я так противлюсь и отказываюсь?
Наверно, не хочу переезжать. И… всё, чему я так противился всю жизнь догоняет меня. Я всегда не хотел, чтобы за спиной говорили: «это всё его отец ему дал»…
Сейчас другая ситуация. Я состоялся сам. Папе теперь нужна моя помощь…
- Выдвигаемся? – Спрашивает меня Лиза. Она сидит на кровати матери. Они обсуждали, что в понедельник должен приехать адвокат. Нужно понять, как родителям действовать дальше. Готовить бумаги для передачи ситуации в суд.
А меня не будет. Чёрт!
- Да, пора, - киваю. – Скоро уже ужин вам принесут, - обращаюсь к родителям.
- Ждите завтра утром, - улыбается Лиза им.
Мне больше нравится, когда она улыбается. Такая красивая… По-моему я неприлично пялюсь на неё. Одёргиваю себя и отвожу взгляд. В горле пересыхает.
Лиза. Баран!
Это всё несерьёзно. Она ясно дала понять. А я согласен?
Не знаю. Меня же Катя ждёт. Если ждёт. Сегодня она мне ни разу не написала и не позвонила. Обиделась или отсыпается после очередной гулянки. Мне легче выбрать второй вариант. Я хочу, чтобы она была такой. Так будет легче её бросить.
Ради Лизы?
Смотрю, как она обнимает маму. Я подхожу к отцу и жму его руку.
- До завтра, - улыбается он мне.
- Ночь пролетит быстро, - Лиза почти подпрыгивает с кровати и подбегает к папе для объятий.
Папа задорно начинает смеяться. Как ей это удаётся? Она подняла настроение всем.
Да…
Ради неё.
***
Лиза.
Как только сажусь в машину, меня отпускает тревога. С родителями всё хорошо и они скоро будут дома. Восстановятся, и всё будет как прежде.
Почти всё. Саша садиться рядом. То, что он меня успокоил, не означает, что я отношусь к нему теперь как-то иначе. Надо это решать. Это его непрозрачные намёки. Бесит! Держи себя в руках. Он всегда тебя провоцировал. Не ведись!
Мы заезжаем за едой в ресторан недалеко от въезда в наш посёлок. Саша набирает еды на три дня вперёд.
- Мы не съедим столько, - замечаю я.
- Посмотрим, - пожимает он плечами и давит на газ.
Я думаю, как себя вести сегодня. Точно нельзя пить. Нам стоит прекратить. Это плохо.
- Уезжаю завтра часа в два, - начинает Саша. – Нужно успеть заехать на работу и собраться.