Да, я титанически от всего устала. Моя жизнь совершенно потеряла какие-либо краски, и последнее время, казалось, еще чуть-чуть и я сорвусь. Буду истерить, бить кулаками в стену и топать ногами.
И сорвалась.
Правда, вместо выброса агрессии, примчалась сюда. По сути, та же истерика и отчаяние просто в другом флаконе.
Только уставившись взглядом в заветную дверь, начинаю трястись всем телом. Будто вышла из-под гипноза и наконец-то поняла, что я творю.
Мчусь обратно к лифту, но бездушная железная коробка, трогается с места и едет вниз, прежде чем я успеваю нажать кнопку.
– Гад такой, – бросаю шепотом.
Взглядом веду в сторону лестниц. Спускаюсь на два пролета вниз. Останавливаюсь. Пара секунд на размышления и вот я уже несусь обратно, по пути вытаскивая из кармана ключи.
Не думать, не думать, не думать.
Поворот ключа. Щелчок. Ручку вниз. Щелчок. Тяну на себя дверь.
Врываюсь в квартиру, захлопывая дверь с таким грохотом, что, кажется, со стен сыпется штукатурка. Замок. Щелчок. Темнота. Всепоглощающая и глухая.
Прижимаю ключи к груди. Поскуливая, прислоняюсь спиной к стене, закрываю глаза, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Только спустя несколько минут решаюсь пошевелиться. Глаза уже привыкли к темноте и различают некоторые очертания. Медленно отрываюсь от стены, стараясь двигаться как можно тише. Прохожу в ближайшую комнату, которая оказывается гостиной, и вздрагиваю оттого, что свет включился автоматически. Пусто. На кухне тоже никого. Заглядываю в одну спальню, вторую... Ожидаемо – ни души.
И тут сердце в ужасе начинает разгоняться оттого, что я ворвалась совершенно в чужую квартиру, а что если она и вовсе не ЕГО?
Быстро пересекаю комнату, открываю гардероб. На плечиках висит всего два костюма и три рубашки. Хватаю первую попавшуюся, вдыхаю ее аромат.
Это ОН. Запах опасности, который я ни с чем не спутаю.
Облегчение медленно растекается по всему телу. Это его квартира. Просто… не сейчас. Но бывает. Он точно бывает здесь.
Мои ощущения не про интим, не про страсть. Хотя и про это тоже. Это про его голос, про руки, в которых страшно, но безопасно. Про запах, от которого у меня сносило башню. Про взгляды, которыми он прожигал насквозь и, черт бы его побрал, видел все. Даже то, что я сама в себе спрятала.
Снимаю пиджак, майку, кутаюсь в чужую рубашку. Пахну им. Обнимаю себя. Падаю на кровать и прикрываю веки…
***
Чувствую, как моего лица касается тепло. Приятное такое. Медовое. Губы сами растягиваются в улыбке.
– Все-таки пришла, – доносится тихий голос. Почти шепот.
Такой мягкий. Родной сердцу и душе. Как в моих снах.
Вдох. Распахиваю глаза.
Незнакомец сидит рядом, гладит меня по щеке, по волосам.
– Вы? – подскакиваю на месте, глядя на него ошалевшим взглядом.
– Я. Ты кого-то другого здесь ожидала увидеть? – улыбается.
– Я… Нет… Не знаю. Простите, что… вот так.
– Месяц тебя ждал. Неделю назад понял, что не придешь. И вот, снова меня удивила.
– Вы не живете здесь?
– Постоянно – нет.
– И приходили каждый день?
– Каждый день, – кивает он. – Последнюю неделю не появлялся здесь, но просил охрану сообщить, если ко мне придет гостья.
– Что? Но как они поняли?
– Камеры на каждом этаже.
– Да… Я не подумала о них.
– Прости, милая, но в этот раз я тебя не отпущу. Обещал не искать, руки себе ежедневно выламывал. Месяц в аду жил. И теперь мне нужна компенсация за мои душевные страдания. Сегодня я намереваюсь получить то, что в прошлый раз не получил, – Он встает, выдергивает полы рубашки из брюк, медленно расстегивает пуговицы. – Раздевайся.
Накаляюсь от ушей до кончиков пальцев на ногах. Безумно стыдно, но ведь сама пришла – он прав.
– Поцелуйте меня, для начала…
Он отрывает взгляд от ремня, который начал расстегивать, смотрит исподлобья.
– Сначала я хочу тебя наказать, – дергает ремень, складывает пополам и громко щелкает им. – Высек бы, но что-то мне подсказывает, что ты нежный цветочек.
– Я не люблю боль, – шепчу, облизывая губы. – И как в таком случае вы меня накажете? Заставите стоять в углу? Лишите сладкого? – выдаю с внешней усмешкой. Внутри же, пребываю в шоке от собственных слов. Разве это я?
Незнакомец качает головой, бросает ремень на столик. Приближается медленно, словно хищник, подкрадывающийся к своей жертве.
– Тебя когда-нибудь трахали так, что наутро лобка коснуться больно, не говоря уже о том, чтобы присесть? – рычит он, с пылающим голодом во взгляде. Хватает меня за талию и притягивает к себе. – А может сразу пойти дальше и взять тебя сзади?