– Конечно, работа. Конечно, у тебя “дела”. Особенно ночью.
Я вздыхаю, стаскиваю с себя пиджак и кладу его на кресло. Молчу. Она ждет.
– Послушай, Лиля...
– Нет. Послушай ты, Кос-тя. Я не дура. Ты все-таки кого-то поебываешь на стороне?
– Ты опять? Так, давай закроем эту тему. Херни не неси, – совершенно спокойно вру.
Она смеется с нотками истерики.
– Конечно, – бросает на пол ножницы, быстро пересекает пространство и встает напротив меня. – Знаешь что? Я чувствую от тебя запах другой бабы. Могу даже назвать парфюм этой дешевой и грязной шлюхи! – выкрикивает она. – Так что не пизди мне, дорогой, про свои дела. Заебало все!
Сжимаю кулаки. В горле ком размером с ежа застрял. В голове гул стоит от ее крика. Держусь из последних сил, чтобы не припечатать Лиле за ее ядовитый язык. Никогда не бил женщин, но сейчас, разорвать ее готов.
– Ты права. Достало все. Конкретно так, – с трудом сглатываю комок, прячу руки в карманы брюк. – Давай уже признаем тот факт, что нам давно пора разбежаться.
Жена впивается в меня взглядом, глядя, как на врага.
Вздыхаю.
– Остынь. Я не собираюсь перед тобой отчитываться. Не в суде, мать твою. Да и я не преступник. Все, разговор окончен.
– Вот так? – делает шаг ближе, ее грудь ходит ходуном. – Значит разбежаться? Так просто? Я для тебя кто? А, Костя? Кукла, которая сломалась? Что тебе не так? Я стала старой, не привлекаю тебя? Окей! Сделаю подтяжку, лифтинг, вагинопластику! А хочешь, могу девственность восстановить? Сейчас медицина так шагнула вперед, что можно из любой старухи, сделать молоденькую конфетку! Бабки есть – сделаю!
Смотрю на нее и не верю своим ушам. Мерзко.
– Хватит, – мотаю головой. – Не устраивай истерику, не терзай мой мозг, он и так еле дышит. Выглядишь ты отлично, все подтянуто, где надо, ерунду не мели. Дело в нас. Мы просто заебали друг друга. Не пропитывай свою речь нотами оскорбленной.
– Сколько ей лет, Костя? Девятнадцать, восемнадцать? Надеюсь, не младше, а то, знаешь ли, это уже педофи…
Взрываюсь. Резко хватаю ее за волосы на затылке и цежу сквозь стиснутые зубы.
– У тебя совсем бак подтекает? Ты че несешь, ненормальная?
– Потому что… Потому что я не понимаю, что с нами не так. Я постоянно схожу с ума от скуки. А тебя все нет! Ненавижу тебя! Слышишь, ненавижу!
– Да потому что у тебя нет никаких целей в жизни, кроме, как тратить бабло на всякую хрень. Это пустота, как ты не понимаешь!
– О, началось, – закатывает глаза. – Проповеди от святого Дунаева. Тебе, значит, можно по Сочи шляться, баб там нюхать или чем ты там занимаешься, а мне нельзя на тусовки ходить, да?
– Я пашу, пока ты в “алкашке” по уши сидишь, сука! Я тяну бизнес, решаю проблемы, выгребаю дерьмо, которое ты устраиваешь каждый месяц, потому что тебе "скучно"! Ты хоть раз подумала о ком-то, кроме себя?
– А нахрена мне думать о ком-то, если я должна себя развлекать, пока ты “пашешь”, дорогой мой бизнесмен? Или мне тут монастырь устроить? Знаешь, сколько стоит одиночество в нашем особняке? Да ты мне должен, Костик! За каждый мой вечер без тебя, за каждый гребаный бокал, который я поднимала в ожидании мужа!
– Ты поднимала бокалы не в ожидании, а потому что без них ты бы себя не выносила. Признай, ты алкоголичка с брендофилией, и весь твой мир – это фотки в соцсетях и дерьмовые тусовки с такими же пустоголовыми бабами! Блять, когда ты такой стала?
А в следующий момент она бьет меня по лицу. Резко и звонко.
Отдергивает руку и кажется, что на секунду все замирает.
В следующую секунду я взрываюсь. Хватаю Лилю за запястья, прижимаю к себе. Слышу ее рваное дыхание. В глазах не страх, а ужас.
– Внимания тебе мало? Внимания? – рычу и толкаю ее на кровать.
Валится. Смотрит снизу вверх, хватая воздух большими глотками.
Нависаю сверху. Прижимаюсь. Не насильно. Но властно.
Дергаю ее шорты вниз. Пихаю пальцы между складками половых губ. Сука, она еще и течет от этого!
Второй удар по лицу.
– Дикарь!
Третий удар.
– Ненавижу! – верещит сиреной.
Пряжка ремня, ширинка, боксеры, несколько движений рукой по члену.
– Это я тебя ненавижу! – толкаюсь в ее сочащуюся смазкой дырку, и весь свет перед глазами гаснет. Контроль потерян.
Темно. Грязно. Сыро. И до невозможного холодно.
Пусто в моей грешной душе...
_________________
Лилия Дунаева