Возвращаюсь, вбиваю в центр яйца, сохраняя желтки целыми. По краю очень аккуратно выкладываю немного сметаны, посыпаю щепоткой морской соли, перцем и мускатным орехом. Ставлю в духовку минут на десять примерно, но слежу. Вся фишка в том, чтобы белок схватился, а серединка осталась жидкой. И вот как раз сводная сможет помакать туда хлеб. Ей вроде как нравится.
Сажусь завтракать, слыша хлопок двери и шаги в коридоре. Похожая на растрёпанного домовёнка из одного известного мультика, она сонно вдыхает ароматы еды.
— Приятного, — толкаю Полине тарелку с её порцией.
— Ты же говорил, что не приедешь, — тянется к вилке.
— Планы изменились. Родители не звонили тебе?
— У-у, — крутит головой. Волосы падают ей на лицо. Сдувает и заправляет их за уши. — С чего вдруг завтрак? — подозрительно глядя на меня, отрезает себе кусочек вкусняшки.
— Чтобы ты опять не терзала мои сковородки, — улыбаюсь ей. — Ешь, остынет же сейчас.
Она снова отламывает себе хлеб и возит им по тарелке, собирая желток. Наверное, я ещё не проснулся, потому что не бесит, просто забавно, как Поля старательно делает вид, что ей не так вкусно, как на самом деле.
— Спасибо, — убирает за собой тарелку.
Мы собираемся, спускаемся на парковку и устраиваемся в моей машине. Довожу её до колледжа и напоминаю про время, во сколько она должна быть дома.
— Ваня, — закатывает глаза.
— Я не шутил, — серьёзно говорю ей. — И насчёт свиданий тоже.
— Я тоже, — улыбается Полина.
— Что «тоже»?
— Не шутила насчёт свиданий, — хихикнув, сбегает на улицу.
— Зараза! — хлопаю ладонью по рулю и стартую в сторону универа, поднимая в воздух снежную пыль.
Глава 14
Иван
На практике снова зависаем до позднего вечера. Глаза слезятся от усталости. Тру их кулаком и выхожу из просторного кабинета вслед за Назаром. Пока парни собираются, спускаемся с другом на парковку, закуриваем и синхронно зеваем. Так устали, что даже говорить лень. Дымим, думая каждый о своём.
Мне вот надо победительницу на канале объявить, тянуть реально уже некуда, завтра каток, свидание. Остаётся молиться богу рандома о везении. Во вселенной же существует какой-то баланс? Мне кажется, будет справедливо дать мне в компанию хорошенькую девочку взамен на то, что с нами едет сводная. Лиза обещала за ней присматривать, но…
Ай, к чёрту все эти «но»! Слишком много мыслей в сторону мелкой занозы. Загоняюсь.
Докурив и попрощавшись с друзьями, сажусь в машину и, прокатившись по городу, чтобы расслабиться, к дому подъезжаю уже в двенадцатом часу. Мне удобнее заезжать на парковку со стороны фитнес-центра нашего ЖК. Сбавив скорость, еду, заглядывая в большие окна, обклеенные рекламой спецпредложений и красивых тел. Случайно цепляюсь взглядом за вход, уловив движение дверей. Открываются, выпуская на крыльцо силуэт в до боли знакомом пуховике.
— Ты охренела, что ли, малая?! — бью по тормозам.
Когда вслед за Полиной из зала выходит крепкий парень, дёргает её за капюшон, а она вместо привычного сопения ему улыбается, понимаю, что реально охренела. Хочется дать ей ремня сразу за всё. Болтает с ним, делая вид, что не замечает моей явно приметной тачки. На морозе её щёки быстро розовеют…
Или это не от холода?
С неба срывается снег, оседает на её ухоженные волосы, куртку, попадает на лицо. Парень небрежно смахивает снежинки, типа случайно коснувшись Полинкиной щеки.
— Фу, как банально, — закатываю глаза и луплю по клаксону.
Сладкая до сведённых зубов парочка оглядывается. Сводная кусает губы, стреляет глазками в своего собеседника, что-то говорит ему, машет ладошкой, затянутой в варежку, и спускается по ступенькам, поскользнувшись на предпоследней.
Открывает дверь, впуская в салон морозный воздух. Он тут же пробирается мне за шиворот и поднимает дыбом волосы на затылке. Поля усаживается на пассажирское, даже не пытаясь сделать вид, что ей стыдно за такое дикое опоздание. Щёки горят, а губы припухли, будто они там сосались с этим парнем, а не занимались спортом.
Завожу движок и агрессивно срываю Феррари с места. Полина успела пристегнуться, но её всё равно сначала кидает вперёд, а затем вдавливает в спинку сиденья.
— Что ты делаешь?! Дурак, что ли? — ругается на меня.
А я бешусь, потому что этой упрямой девчонке абсолютно плевать на всё, что я говорю. И до самой квартиры мы с ней не разговариваем, потому что я сейчас могу только матом.
Мне вот это на хрена всё? А? За ручку её везде водить? На лбу написать, что она несовершеннолетняя?