Я почти вижу, как её нижнее бельё прилипает к телу. Помню о подтянутых икрах и бёдрах.
Что, если я ей нравлюсь? А если всего один раз? Тайна, о которой мой отец никогда не узнает?
Возможно, не сегодня, а завтра или на следующей неделе, здесь, в душе, где нас никто не видит.
Но я отрицательно качаю головой, отпираю дверь и быстро ухожу.
О мой бог, это не то, что ей нужно.
И ещё одна зарубка на моём поясе — это не то, к чему я стремлюсь.
Мне нужно разобраться в своих мыслях. Бедная девочка только что потеряла своих родителей.
— Ого, — произносит Алиса, спрыгивая с машины и в изумлении глядя на водопад.
Мы потратили два часа на то, чтобы закончить все дела по дому, загрузить машину пивом, закусками и рыболовными снастями и наконец приехать сюда.
Хлопаю дверью, и Тимур направляется к воде.
— Да… — смотрю через небольшое озеро на водопад, который, падая со скалы, разбивается о водную гладь, а затем спокойно вытекает в ручей слева.
— Я понимаю, почему ты никогда не уезжал, — говорит Алиса, улыбаясь моему отцу.
Он отвечает ей тем же, снимая рубашку.
Бросаю взгляд на Алису и замечаю, как румянец окрашивает её щеки, когда она вновь отводит взгляд на водопад.
Стискиваю зубы.
— Правда? — отвечаю я с легкой иронией. — Неужели остальному миру больше нечего предложить.
Мой взгляд падает на отца, и я вижу, как он прищуривается на меня.
— Возьмите холодильник, — приказывает он.
Улыбаюсь про себя, делая то, что мне говорят. Вытаскивая холодильник, направляюсь к пляжу, и Алиса следует за мной. Меня расстраивает, что она пошла к тому пруду одна, но я рад, что мы первые привели её сюда. Тут веселее.
— Сюда ещё кто-то приходит? — спрашивает она.
Ставлю холодильник на место и замечаю, как она осматривает маленький пустынный пляж.
— Да, — говорю я ей. — Но ещё рано. Зато зимой он будет предоставлен только нам.
Стягиваю рубашку и сбрасываю туфли.
— Замерзшее озеро, — размышляет она. — Только для нас. Фантастика.
Перед нами возвышаются скалы, вода стекает вниз, а деревья и листва окружают нас, защищая от яркого солнечного света. Однако слева деревья немного расступаются, открывая вид на реку, журчащую по камням. Запах гранита и мха наполняет мои ноздри, и я мог бы наслаждаться этим зрелищем, если бы не был здесь уже тысячу раз.
Смотрю на Алису, и этот вид мне нравится больше. На ней белые шорты и одна из её собственных клетчатых рубашек, клетки розового и синего цвета. Рубашка сидит так же хорошо, как и самые дорогие. Я рассматриваю её наряд. Она будет плавать в этом или…?
— Ты в порядке? — спрашиваю я, замечая, что она смотрит в сторону.
Но когда я прослеживаю её взгляд, понимаю, что она наблюдает за Тимуром, который взбирается на скалу у водопада, одетый только в джинсы.
— Ага.
— Мы собираемся нырнуть, — говорю я ей. — Хочешь присоединиться?
— Нырнуть? — она надевает солнцезащитные очки на глаза. — Ты не распугаешь рыбу?
Смеюсь.
— Извиняюсь, правда, — говорю я и захожу в воду, ныряя через несколько метров. Брызги летят, рассекаю прохладную воду и не могу сдержать улыбку, когда догоняю своего брата.
— Она определённо причина остаться, правда? — зову его, находящегося в нескольких метрах надо мной. — Мне нравится, когда она рядом.
Тимур продолжает подниматься, ползя по склону к вершине водопада.
— Кивни один раз, если ты думаешь о том же, что и я, — говорю я.
Наконец, он переводит взгляд на меня сверху вниз, его тёмные глаза, как обычно, лишены жизни, и он останавливается на полпути к вершине.
Но я продолжаю подниматься.
— Я знаю, какой ты, — подшучиваю я. — Той ночью ты так сильно на неё нападал, что она не могла произнести ни слова.
Он снова смотрит на пляж, где находится Алиса. Я тоже смотрю туда и вижу, что она сняла рубашку, и на ней белый верх бикини, прикрывающий грудь, которую она так искусно скрывает под моей одеждой. Её грудь слишком велика для лифа, но она не снимает шорты, а сидит на одеяле, сложив руки на коленях, и смотрит на нас сквозь солнцезащитные очки.
— Что она чувствовала? — спрашиваю я.
Но когда я оборачиваюсь, Тимур снова карабкается вверх, его чёрные волосы от пота прилипают к шее и вискам.
— Тимур? — Хватаю камешек и бросаю ему в ноги. — Как это было?
Он хмуро смотрит на меня, но продолжает подъём.
Снова смотрю на Алису. Мой отец садится рядом с ней на корточки, показывая ей, как насаживать наживку на крючок. Должен отдать ей должное. Она потворствует ему. Я же чертовски ненавижу рыбалку.