Но Тимур быстро приводит меня в чувства, он резко сдергивает со спины мой рюкзак, расстегивает молнию и вытаскивает ноутбук. Открывает его, и пока я не пришла в себя щелкает по каким-то кнопкам. С трудом стряхиваю с себя дурман и подбегаю ближе.
- Эй, ты что делаешь? – возмущенно хриплю.
Он переводит на меня взгляд и его лицо озаряется самодовольной улыбкой.
- Уже сделал, - удерживает меня на расстоянии вытянутой руки, - запустил форматирование.
- Ты рехнулся? – окончательно прихожу в себя и набрасываюсь на него, хотя в этом нет никакого смысла, я как мышь против слона сейчас.
На глаза набегают непрошеные слезы, я просто застываю посреди комнаты и смотрю на него взглядом побитой собаки.
Он кладет ноут на стол и выходит из моей комнаты, даже не оглянувшись.
Там в этом ноутбуке была вся моя жизнь, все фотографии, видео, рецепты, которые мы с мамой копили долгими годами. Как можно быть таким гавнюком. Что я ему сделала, в конце концов.
Начинаю судорожно вспоминать, где какую информацию хранила. Возможно, несколько альбомов с фотографиями можно найти на флешках, что-то есть у моих подруг. Рецепты я скидывала маме, вот только не помню куда. В целом, если разобраться не все так ужасно и часть информации можно найти. Только вот слезы все равно льются из глаз и мне до ужаса обидно. Ведь неизвестно, что еще выкинет этот придурок.
Глава 6
Арина
Сегодня выходной день, занятий в университете нет, поэтому решаю посвятить все свое свободное время страничке со сладостями. Пока по учебе нас напрягают не сильно, можно заняться любимым делом.
Я обрабатываю новые фотографии и выставляю их на странице, с подробным описанием всех возможных вариантов начинки. Сама не заметила, как просидела до обеда, очнулась только когда услышала на улице в нашем дворе женский смех.
Очевидно, что там под окнами развлекается Тимур с друзьями. Осторожно отодвигаю занавеску и выглядываю из окна. Во дворе стоит байк, красивый, черный и блестящий. Явно новый. Получается, если он стоит в этом дворе, значит это новая игрушка моего брата.
На байке сидит девушка с длинной копной темных волос очень откровенно одетая. Я бы даже сказала раздетая. На ней короткие шорты, одетые поверх черных колготок в сеточку и топ со спущенными рукавами с большим вырезом на груди.
Она постоянно меняет позы, делая их с каждым разом все откровеннее, а парни со всех сторон ее фотографируют. Не фотографирует только Тимур. Он стоит рядом, опираясь на стену, руки в карманах, на лице ноль эмоций. Просто наблюдает за всем этим со стороны.
Потом парни начинают что-то выкрикивать, я из своей комнаты никак не могу разобрать что именно, а девушка игриво смеяться и манить Тимура к себе пальчиком. То, что она обращается именно к нему, у меня нет никаких сомнений.
Он сначала не обращает на это внимание, но потом все-таки идет навстречу. Девушка слезает с байка, но, как оказалось, ненадолго. Как только Тимур садится на мотоцикл, она залезает сверху и приземляется ему прямо на колени, лицом к лицу. Обвивает его талию ногами, а шею руками. У меня в груди разливается неприятное жгучее чувство от этой картины, хотя я искренне не понимаю почему. Я замираю от напряжения с занавеской в руках, боюсь пошевелиться и выдать себя.
Они смотрятся так… дерзко и сексуально, не могу не признать, несмотря на то что злость разъедает все внутренности. Щеки начинают гореть, а занавеска трещать в моих руках. Девушка тянется к его губам, а он в этот момент поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Ловлю разряд и резко отскакиваю от окна, хотя уверена, что он меня видел. В последний момент на его губах проскальзывает издевательская улыбка.
Мое сердце ломится в груди, как ненормальное, легкие горят от тяжелого дыхания. Вот дернул же меня черт подглядывать. Чувствую себя сейчас сталкером.
Постепенно звуки за окнами стихают, видимо вся компания разошлась по своим делам. Я очень проголодалась, поэтому спускаюсь вниз, чтобы посмотреть, что у нас сегодня на обед.
Сбегаю по лестнице вниз и с размаху врезаюсь в какого-то парня. Он хватает меня за плечи и отстраняет от себя.
- Не ушиблась? - спрашивает мягким голосом.
Я поднимаю голову и смотрю на него. Передо мной приятный блондин, с голубыми глазами, улыбчивый и приветливый. Невольно сравниваю его с Тимуром. Тот всегда бука с холодными глазами.
- Ты говорить-то умеешь, солнце? – опять обращается ко мне с улыбкой.
- Умею, - отмираю наконец-то, - не ушиблась.
- Как тебя зовут? – спрашивает следом и с любопытством меня рассматривает.