Обычно кофе варил папа. Выходило у него, к слову, отменно. Ни один «Старбакс» не мог сравниться с моим отцом. Но я не отец. Я совершенно ничего не умела. Разводить беспорядок по всему дому — это да. В этом я настоящий профессионал. Наедаться на ночь, оставив после себя хаос на кухне, тоже могла. Но проводить половину дня за готовкой, как Джоан, точно не для меня. Всегда раздражала эта наигранность.
Семья? Полнейший бред. С какой целью её создавать, если в ней не было абсолютно никакого смысла? У меня когда-то была семья, оба родителя. И что теперь? Кому я сейчас нужна? Ответ прост — никому. Даже собственная мать наверняка считала часы, чтобы избавиться от меня и жить в своё удовольствие.
Хвалёная любовь, которой так усердно распевали дифирамбы в книгах и фильмах? Для меня это всего лишь слово, один никчёмный пустой звук. Боль — вот кто мой вечный спутник. Другие люди имели полный спектр чувств. Я не была лишена эмоций, но злость, одиночество и обида вытеснили все остальные. Тесса была словно моей полной противоположностью. Как инь и ян. Она любила и искренне отдавала всю себя, не просила ничего взамен. Она была счастливой, доброй и всепрощающей. Почти никогда не злилась. Скорее всего, подруга просто подавляла в себе подобные эмоции. И я была уверена, ничем хорошем для девушки такая самоотдача не закончится.
Я же не могла позволить себе потерять голову и влюбиться или беззаботно радоваться всяким мелочам, как большинство сверстников. Отец всегда говорил, что такие люди не выживали в обществе. Они слабаки. Ещё в раннем детстве поняла принцип: выживает сильнейший, и для достижения цели нужно идти по головам. Образ «стервы» привлекал парней, и я нагло этим пользовалась. Эгоистично? Да, отрицать не стану. Вот только о моих мыслях не суждено было узнать никому.
***
Мать застала меня лежащей на диване. Нагло закинув ноги на спинку, я с наслаждением поглощала последний кусочек пиццы с пеперони. К сожалению, замороженной, а не свежеиспечённой из пиццерии. Разогревать полуфабрикаты я умела. Плюс один навык в копилку талантов. Не совсем руки из одного места росли. Джоан недовольно вздохнула, осуждающе закатив глаза и цокнув языком. Как же мне нравилось злить мамочку.
— Помочь не хочешь? — в голосе матери звучало едва скрываемое раздражение.
Она с глухим стуком опустила огромные пакеты на пол и упёрла руки в бока, сверля меня взглядом.
— Я не просила этот переезд. Сама, всё сама, — с сарказмом провозгласила я, хмыкнув.
— Снова хамишь? Быстро в свою комнату! И чтобы упаковала сегодня все свои вещи! — Рид-старшая злобно сощурила глаза. Ох, не к добру это.
— С чего ты взяла, что имеешь право вот так подходить и указывать мне, что делать?
— Я твоя мать! И ты в моём доме.
— Что-то последние восемнадцать лет ты об этом не думала.
Я неспешно поднялась с дивана и поплелась в свою комнату под гневным взглядом Джоан. Предстояло разобраться с ещё одной проблемой по имени бардак.
Делать совершенно ничего не хотелось. Апатия сменялась агрессией. А ведь это был только первый день с психованной мамашей. Что будет дальше?
Тише, Лекси. Вдох-выдох.
Захотелось позвонить Тессе, услышать успокаивающий голос подруги. Да и не помешало бы узнать, как блондинка чувствовала себя после вчерашнего. Я вспомнила печальный взгляд Абрамсон. Неужели у неё что-то случилось, а я не смогла понять это? Набрав номер, выученный наизусть, я долго слушала протяжные гудки в трубке, ожидая в итоге услышать автоответчик, но подруга всё же соизволила ответить.
— Как ты? У тебя всё хорошо? Как себя чувствуешь? — на одном дыхании выпалила я.
— Ммм… — Тесса промямлила нечто невнятное. — Лекси, зачем так рано звонишь? — сонно прохрипела в трубку подруга.
Чёрт, всего лишь одиннадцать часов утра! Тем более, каникулы. Конечно, она спала. Мне стало неловко перед Абрамсон.
— Прости, не хотела тебя будить. Забыла посмотреть на часы, — виновато ответила я.
— Ладно, не страшно. Как настроение? — я слышала, как Тесса сонно потянулась и позавидовала подруге. Её родители явно не пытались эксплуатировать свою дочь ранним утром. — Чего молчишь? Снова плохой день?
— Джоан заставляет складывать вещи в коробки. Разбудила в восемь утра, — пожаловалась я.
— Ох, не завидую тебе, — подруга сделала паузу. Голос стал серьёзным. — Лекси, что на тебя вчера нашло?
— Не понимаю, о чём ты, — не моргнув глазом, соврала я.