Дальше слушать истерику Вики нет никакого смысла, и я быстрым шагом направляюсь к выходу из буфета, стараясь не смотреть по сторонам. Все пялятся на меня, как на спятившую, это точно. Или…. или я первая, кто решился ответить этой королеве юрфака.
Глава 42
Аня
Из буфета направляюсь в женский туалет и пытаюсь бумажными салфетками хоть немного просушить джинсы. Конечно, это не удаётся, но мне нужно чем-то занять свои руки после того, как пришла запоздалая реакция на то, что случилось. Пытаясь унять дрожь, опираюсь руками о края раковины, опускаю голову и делаю несколько глубоких вдохов.
Если там, в буфете, во время стычки с Викой мне удавалось держать себя в руках, то сейчас меня накрывает какое-то бессилие, словно высосали всю энергию, и осталась только оболочка. Такая вот поздняя нервная реакция на недавний всплеск адреналина.
Открываю кран и плескаю в лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Когда сушу руки, слышу звук входящего звонка. Алекс.
— Ань, ты где? — раздаётся сразу же, как только я принимаю вызов.
— Я уже вышла из буфета, на втором этаже в женском туалете. Уже иду, жди внизу, — отключаюсь. Достаю из рюкзака расческу и привожу в порядок волосы, натягиваю худи вниз, хотя мокрых пятен на чёрном и так почти не видно. Ещё раз делаю несколько глубоких вдохов и выхожу в коридор.
И сразу попадаю в объятия Алекса. Он крепко прижимает меня к себе, зарывшись лицом в мои волосы.
— Ты как? — тихо спрашивает, поглаживая меня по спине.
— Нормально, — в недоумении отвечаю. Он о чём? Уже кто-то донёс про стычку в буфете?
— Ань, — Алекс разрывает объятья, берёт моё лицо в ладони и пристально вглядывается в глаза, — я видел, мне видео скинули, вас с Викой снимали на телефон.
— Чё-е-ерт, — вырывается стон, и я прикрываю глаза. Всё время забываю об этом недостатке толпы — чуть что включать камеры на телефонах. Ну, в принципе, я ничего такого не сделала и не сказала, за что мне может быть стыдно, но вот теперь взглядов и перешёптываний за спиной не избежать, а я ненавижу повышенный интерес к себе.
— Я поговорю с ней, она больше к тебе не подойдёт, — Алекс снова обнимает, но я тут же отстраняюсь.
— Нет, ты этого не сделаешь! — смотрю на него гневным взглядом. — С этим я разберусь сама. Я сама могу за себя постоять!
— Я знаю, но у тебя теперь есть я, — улыбается и заправляет прядь волос мне за ухо. — Я буду сам решать все твои проблемы.
— Алекс, ты совсем не понимаешь? Это между нами, девочками, и ты не должен сейчас лезть. Вся эта ситуация забудется после первого же события в жизни университета, а если влезешь ты, об этом еще долго будут трепаться по углам, тыча в нас пальцем.
— Хорошо, как скажешь, — поднимает руки в сдающемся жесте Алекс. — Только не злись на меня, — и снова улыбается своей обезоруживающей улыбкой. Ну как можно на него злиться? — Поехали домой, — берёт меня за руку, и мы спускаемся в фойе, а затем едем домой.
— Ты бы не сказала мне о том, что произошло, верно? — спрашивает Алекс, ведя машину.
— Алекс, я очень ценю твою заботу, правда. Она мне приятна, только давай не будем больше поднимать эту тему, — улыбаюсь, и в груди разливается тепло.
— Просто я как представлю, что Вика могла сделать что-то посерьёзнее, у меня крышу сносит, — Алекс убирает одну руку с руля и берёт мою ладонь. — Хорошо, не будем. Но пообещай мне, пожалуйста, что будешь рассказывать мне о таких вещах.
— Договорились. И раз уж разговор зашёл… — подбираю слова, чтобы не взбесить Соколовского ещё больше. — Сегодня я встречаюсь с Арсением. Просто поговорить! — поспешно добавляю, видя, как хмурится Алекс.
— Я тебе доверяю, — произносит он твёрдо, и у меня будто камень с души. Это огромный шаг в наших отношениях. Доверие порождает ответное доверие. Пусть так и будет.
Глава 43
Арсений позвонил в дверь около восьми, Алекса я попросила остаться наверху, боясь, что он сорвётся при родителях, и они обо всём догадаются. Не знаю, как дядя Илья, а у моей матери будет шок, и мне придётся выслушивать её каждодневные причитания о том, что я её позорю, и что подумают люди. А с её незнанием я просто наслаждаюсь нашими отношениями.
— Привет, Ань, — Арсений с широкой улыбкой делает пару шагов ко мне и заключает в объятия.
— Привет, — немного теряюсь от такого проявления чувств, аккуратно отстраняюсь и улыбаюсь Арсу. — По загруженности ты словно уже практикующий адвокат.
— Есть немного. Я действительно устал, но вот увидел тебя, и жизнь снова прекрасна, — вижу ответную улыбку Арса. — У меня для тебя подарок. Немного опоздал, правда, Новый год давно наступил, но всё же… — достаёт из кармана куртки длинный прямоугольный бархатный футляр, перевязанный лентой и протягивает мне.
— Арс, зачем? Я не могу…
— Ань, подарок от души. Просто так. Принимая его, ты ничем мне не обязана. Просто мне захотелось, чтобы у тебя было что-то подаренное мной. На память.
Арсений сам развязывает ленту, открывает футляр и достаёт оттуда что-то похожее на цепочку. Футляр небрежным броском отправляется на банкетку, стоящую рядом, а я смотрю во все глаза на то, что держит в руках Арс.
— Дай мне свою руку, — и я словно заторможенная протягиваю её. Браслет. Арсений осторожно обхватывает им моё запястье и застегивает, оставляя невесомые касания на моей коже. Затем переворачивает запястье и показывает пластинку с гравировкой “Нет ничего невозможного”
— Спасибо, он прекрасен, — спустя несколько секунд шока благодарю Арса, не зная, что ещё сказать. Браслет мне действительно понравился. Крупные колечки цепочки перемежались с квадратными пластинками, на самой большой из которых, в центре, была гравировка. Стильно и красиво.
— Нет ничего невозможного для того, кто пытается. Никогда не забывай об этом, пожалуйста, — тихо произносит, а я стою, словно меня оглушили. Вот как сейчас разговаривать с ним о нас с Алексом?!
— Арсений! — раздаётся радостный возглас мамы. — Какой приятный сюрприз! — прижимает руки к груди и улыбается во весь рот. — Анечка, — уже обращаясь ко мне, — ты чего это гостя у порога держишь? Где твоё воспитание, дорогая?
— Мы можем поговорить где-то вне дома? — чуть наклоняюсь к Арсу и говорю вполголоса, чтобы не слышала мама.
— Алина, извините, но я уже собирался уходить. Дела, — разводит руками Арс, затем поворачивается ко мне: — Ань, проводишь?
Мы выходим из дома и направляемся к машине Асения. Он открывает передо мной пассажирскую дверь, сам садится в машину и заводит мотор.
— Может, съездим в кафе, посидим там? — первым нарушает молчание Арс.
— Нет, давай здесь, уже поздно, мне ещё к семинару на завтра нужно подготовиться, — отвечаю, не смотря на него. Не хочу никуда ехать, да и здесь, если разговор пойдет не так спокойно, как я рассчитываю, проще его прекратить — просто уйти в дом.
— О чём ты хотела поговорить? — Арс внимательно на меня смотрит, пока я собираюсь с духом, теребя края пуховика. — Ты нервничаешь, что-то случилось? — хмурит брови, немного подаваясь вперёд. Берет мои руки в свои, легонько их сжимая.
— Нет, ничего не случилось. Просто хотела сказать тебе, что мы с Алексом вместе. Арс, так получилось, я не могу отвечать за свои чувства, они либо есть, либо их нет. Ты хороший, ты просто замечательный! Но ты мой друг. Единственный друг! И только. Я не хочу тебя потерять, но и давать ложные надежды тоже не хочу. Прости, что так вышло, я не хотела причинять тебе боль, но и не сказать тоже не могла, — выпаливаю на одном дыхании, закрываю глаза и откидываюсь на спинку сиденья.
Чувствую, как Арсений отпускает мои руки, но ничего не говорит. Решаюсь открыть глаза и вижу, что он, скрестив руки на руле, положил на них голову, отвернувшись к окну. Молчание меня тяготило. Почему он ничего не говорит?
— Ты совсем не знаешь Алекса. Он наиграется и бросит тебя, как и всех остальных своих девушек, — голос его звучит глухо, но я чётко слышу, что он говорит.