— Пора вставать, — слышу недовольный стон Ани. — Иди в душ, полотенце и халат в ванной. А я пока сварю нам кофе, — оставляю на её губах быстрый поцелуй, встаю и иду на кухню.
Из еды у меня, конечно, навряд ли что найдётся, но можно реанимировать вчерашнюю пиццу. Звоню отцу и говорю, что всё в порядке, пусть успокоит Алину, если она, конечно, вообще заметила, что нас с Аней нет дома. Потом набираю маму и, услышав её счастливый голос, возникает мысль — может быть так всё и должно было случиться в нашей жизни, именно эти события, чтобы я встретил Аню? Мама не кажется мне печальной. Всегда в хорошем настроении и, судя по всему, развод с отцом не повлиял на неё так, как я думал. Скорее, даже наоборот — в ней появилась какая-то лёгкость, словно она начала жизнь заново, словно после развода ей стало легче. Это осознание окончательно развязывает узелок сомнения в моей груди. Нужно в ближайшее время познакомить Аню с мамой.
Разливаю кофе по кружкам и чувствую, что на кухне уже не один. Подняв взгляд, вижу Аню, стоящую в проёме двери в моей футболке и наблюдающую за моими действиями.
— Давно подглядываешь? — вопросительно приподнимаю брови.
— Алекс с утра готовящий кофе на кухне — очень завораживающее зрелище, — улыбается, склонив голову набок и прислонившись к косяку.
— Для тебя готов хоть каждое утро, — подхожу к ней и заключаю в свои объятия.
Я стал чертовски зависим от этой девочки. Кажется, Алекс Соколовский конкретно попал. Но мне это безумно нравится, и я готов проводить так каждые утра, дни, месяцы, годы. Вместе со своей Недотрогой.
Приехав домой, натыкаемся на осуждающий взгляд Алины, но она ничего не говорит по поводу нашего ночного отсутствия. Да даже если бы и сказала, мне плевать. Главное — мы с Аней счастливы, и никто не сможет помешать нам быть вместе, как бы не старался.
Глава 56
Алекс
В понедельник с утра у нас тренировка, но я никак не могу настроиться после таких выходных на игру, за что получаю выговор от тренера. И это не остаётся незамеченным.
Задерживаюсь в тренерской и когда вхожу в раздевалку, вижу там только Серёгу. Он уже переоделся, но уходить не спешил. Меня ждал?
— Я смотрю, ты сегодня особенно счастливый, — проговаривает, пристально смотря на меня. — Уж не твоя ли Недотрога постаралась? — ухмыляется, играя бровями.
— Если и так, тебя это не касается, — холодно заявляю и прохожу к своему шкафчику.
— Ошибаешься, Алекс. Мы поспорили, забыл? — в тон мне отвечает, я оборачиваюсь и вижу, что он делает пару шагов мою сторону.
— Обстоятельства изменились. Я отказываюсь от спора, Серёг, — после этих слов он сжимает кулаки до побеления костяшек.
— Ну нет, Алекс. Так не пойдёт, — делает еще несколько шагов. — Просто слиться не получится. Спор был. А значит, либо выполняй условия, либо у тебя технический проигрыш за отказ.
— Что за бред? Это было просто ребячеством, спор был на эмоциях. Сейчас он мне вообще не нужен, — отрезаю и отворачиваюсь от него. Достаю полотенце и направляюсь в душ.
— Если ты забился, держи слово, — кидает Сергей мне в спину. — Или ты пустозвон, кидающий слова на ветер? — прирастаю к полу и медленно разворачиваюсь к нему.
— Не нарывайся, — бросаю зло, тоже сжимая кулаки. Весь этот разговор начинает бесить.
— Что, она настолько тебя очаровала, настолько хороша в постели, что ты превратился в тряпку, не выполняющую обещаний? — повышает голос и подаётся вперёд.
Кровь становится расплавленным металлом, прожигая вены насквозь. В несколько шагов оказываюсь рядом и хватаю Серёгу за ворот майки.
— Я предупреждал, если ещё хоть одно слово в сторону Ани… — во мне бурлит такой гнев, что я готов действительно набить ему рожу, забыв, что мы друзья чуть ли не с пелёнок.
— На неё мне плевать! — рычит мне в лицо. — Проиграл — плати. Место капитана моё. Или показывай фото и забирай тачку.
— Я никогда не унижу Аню таким образом, слышишь? — отпускаю его и чётко, с расстановкой, проговариваю, глядя ему в глаза. — Что с тобой? Ты в последнее время словно с цепи сорвался, не можешь держать себя в руках ни на поле, ни со своими друзьями! Если тебе помощь нужна, скажи. Поделись с нами, мы поможем, ты же знаешь!
— Мне нужно место капитана. Если ты не хочешь выполнять условия спора, тогда твоя Недотрога всё узнает. Она ведь не в курсе? — ухмыляется, и у меня по позвоночнику пробегает холодок.
— Только попробуй, — произношу, стиснув зубы, снова хватаю его за ворот и встряхиваю. — Только заикнись об этом, — рявкаю и с силой отталкиваю его от себя. — И нашей дружбе конец.
— Дружбе? Ты считаешь, что мы друзья после такого кидалова? — злобно сверлит меня глазами.
— Не путай понятия, Серёг. Это просто спор, который можно забыть, аннулировать, спустить на тормоза! А отношения, дружба, любовь — это другое, как ты не поймёшь! — провожу рукой по волосам, пытаясь успокоиться. — Мы же друзья. Да, я поспорил. Я тогда не знал Аню. Она чудесная. Настоящая. С ней я счастлив.
— О, да я смотрю, ты окончательно влюбился и растерял мозги. Баб много, и ни одна не стоит дружбы. Ни одна! — ударяет рукой по шкафчику.
— Мы друзья, есть и будем. При чем тут девушка? — откровенно недоумеваю.
— При том, что из-за неё ты не держишь слова, данного мне. Либо фотка, либо место капитана, — проговаривает и замирает в ожидании.
— Я сказал — фото не будет. Всё, разговор окончен, — закидываю полотенце на плечо. — Поговорим обо всём, когда ты успокоишься, — разворачиваюсь и ухожу в душ.
Когда выхожу из душа, слышу хлопок, а зайдя в раздевалку, вижу Сергея, стоящего, прислонившись к моему шкафчику плечом.
— Ну так что, это окончательное твоё решение? — спрашивает, скрестив руки на груди.
— Я тебе уже всё сказал и точно не передумаю. Фото не будет. С капитанством решим, — смотрю на него и не узнаю того, с кем дружил все эти годы.
— Ну тогда не говори, что я тебя не предупреждал, — ухмыляется и идёт на выход, а я застываю на месте.
А в голове лишь одна мысль — что он имел в виду?
Глава 57
Алекс
Во время занятий из головы всё никак не идёт разговор с Сергеем. В груди растёт непонятное чувство тревоги, которое гложет меня все время, не давая сосредоточиться на учёбе. Еще Макс, как назло, куда-то отлучился. Поговорить бы с ним, выяснить, что он думает по поводу всего этого.
Аня замечает моё состояние, задаёт вопросы, на которые я не могу дать ответ.
— Всё в порядке, Ань, — стараюсь изменить выражение лица и сделать тон беззаботным, но как-то плохо получается.
— Я же вижу, что что-то произошло. Поделись, может, я смогу чем-то помочь? — тут навряд ли вообще хоть кто-то справится.
— Просто поцапались с Серёгой, ничего серьёзного, — бросаю взгляд на него. Тот сидит через несколько парт и прожигает нас взглядом, от которого моя тревога возрастает ещё больше.
— Ничего, помиритесь. Вы же с детства дружите, наверняка и не такое проходили, но всё же вместе. И сейчас тоже всё обойдётся, — накрывает мою руку своей и тихонько сжимает. Поворачиваю голову в её сторону и вижу сочувствующее выражение лица и печальные глаза. Она переживает за меня несмотря на то, что недолюбливает Серёгу.
Если бы она только знала, в чём причина моего состояния и чего я боюсь больше всего на свете. Если всё раскроется, Аня просто будет меня презирать и уйдёт. А я не могу, я не хочу её потерять. Какого чёрта вообще я заговорил тогда об этом споре? Какого чёрта согласился на условия? И что теперь делать?
После занятий Аня говорит, что задержится, ей нужно переговорить с Аидой Владимировной, несколько занятий с которой сорвались по каким-то личным причинам. Преподаватель ходила расстроенная и заплаканная, Аня переживала, говорила, что они сдружились. Неудивительно, ведь Аида Владимировна не намного старше нас, а у Ани здесь нет подруг.