Гиллиан озорно улыбнулся.
– Сделать тебе массаж ступней, когда доберёмся до места?
Я чуть не поперхнулась. Мы что, правда были настолько близки? Я открыла рот, но не решилась задать вопрос. Спросить почти незнакомого мужчину, спала ли я с ним, да ещё и не вполне доверяя ему и его ответам…
Нет. Пока нет.
Мы прошли по липовой аллее и свернули на парковую тропинку. Я невольно поёжилась от ночной прохлады, и Гиллиан, тут же высвободив руку, накинул мне на плечи свой плащ.
– Мы часто гуляли вот так, – заговорщицки прошептал он мне на ухо. – Один раз нас чуть не выследила Камилла, но мы увидели её заранее и пробирались через кусты.
– И я, наверное, порвала платье в клочья?
Гиллиану хватило совести смущённо отвернуться.
– Ну…
Я вздохнула. Ну не дети же?
Но влюблённые дети. Романтичные. Счастливые.
– Знаешь, мы ведь были самой обычной парочкой. – Гиллиан остановился, развернул меня к себе. – Ты единственная знала меня настоящего. А я… я засыпал в своей спальне, мечтая о тебе и думая, как я чувствую себя рядом с тобой. Для тебя я не был принцем, воспитанником герцога или кем-то особенным. Просто Гиллианом. А я… – Он помолчал, грустно глядя на меня. – Я был твоим защитником. Твоим сильным рыцарем.
– Но теперь я и сама стала сильнее. – Я посмотрела прямо ему в глаза. – Прежней Тисы больше нет, Гиллиан. Я просто её не помню.
Красивый юноша-принц, стоящий напротив меня, судорожно вздохнул.
– Я верну тебя, – произнёс он дрогнувшим голосом. – Верну… помогу тебе вернуть твои воспоминания, твоё детство – всё! Клянусь!
– Как? – мягко спросила я. – Это же невозможно.
– Я… – Он запнулся. – Я буду напоминать тебе. И если солонский эликсир подействовал, может быть, я смогу достать… обратный эликсир.
Я замерла. В груди похолодело.
– Обратный эликсир? – не своим голосом произнесла я.
– А почему нет? – Глаза Гиллиана вспыхнули. – Я знаю, что он существует, Тиса! Разве ты не хочешь вспомнить всё? Своё детство, книги, нас?
Я сглотнула. Вспомнить – наверное, хотя это и страшновато. Но вновь становиться робкой и перепуганной? Я и сейчас-то не железная скала, мне плохо и одиноко, а тут я вообще спрячусь под ближайший камень и буду надеяться, что туда не проползут женихи и родственники!
– Нет, – выдавила я. – Нет, Гиллиан. Одним эликсиром ты меня уже напоил. С меня хватит, знаешь ли.
– Но…
Я глубоко вздохнула.
– Ты хочешь меня вернуть, я знаю. Но что, если не вернёшь? Если я останусь такой, какая я сейчас?
Гиллиан открыл рот. Закрыл его. Мы стояли посреди леса, луна светила на его волосы, скрывая лицо в ночи, но я почувствовала, что он в это не верит. Не верит, что я останусь новой собой навсегда. А это значит…
– Я верю, что ты вспомнишь, – прошептал он. – Вспомнишь, как я в первый раз подарил тебе розу. Как ты поцеловала меня в щёку под дождём. Мои глупые шутки, сыр, который мы грызли вместе, как мы ночью пытались сделать горячий шоколад на кухне, а получилось что-то жуткое…
Я невольно улыбнулась, представляя себе всё это. Оказывается, маленькая Тиса была способна на хулиганство!
Но она – не я. А я – не она. И мне нужно было донести это до непутёвого принца.
– Ты можешь отказаться от идеи вернуть прежнюю Тису? – в упор спросила я. – Забыть об эликсирах – хотя бы на пару лет? Принять, что рядом я?
В глазах Гиллиана мелькнуло что-то, похожее на… разочарование? Испуг?
«Испуг мальчика, которого больше не будут превозносить и смотреть на него как на божество», – мелькнуло в голове. Хотя вряд ли Тиса смотрела на него так. Просто она любила его самозабвенно и без памяти. И, кажется, больше никто не любил его, как она.
Гиллиан долго смотрел на меня. И покачал головой.
– Мне так не хватает тебя. Я могу молчать об этом, могу ждать, могу заставить себя не думать об эликсирах… но я не могу отставить в сторону мечту. Прости.
Мы молча глядели друг на друга. Где-то вдали пропела птица, и я осознала, что мои туфли окончательно промокли.
– Нам, наверное, стоит… – начала я, и тут из-за деревьев раздался свист.
Трое мужчин в плащах и капюшонах выскочили на дорожку одновременно. Я не успела ничего сделать, как Гиллиан мгновенно, не теряя ни секунды, отодвинул меня за спину. Я лишь увидела, что у одного из троих в руке кинжал.
– Чего хочет Брайский? – резко поинтересовался один из них из-под низко надвинутого капюшона. – Что он планирует?
Он говорил с заметным акцентом. Я нахмурилась. Сиенец?
– Я не знаю, – отрезал Гиллиан. – Ни трон, ни интриги моего дяди меня не интересуют.