В итоге я так вымотался, что еле дотащил себя до квартиры. И мечтал только о двух вещах — пожрать и поспать. Сбросил пальто и пиджак прямо на тумбу в прихожей, и сразу пошёл на кухню.
В ожидании чуда открыл холодильник. Но здесь меня ждал лишь полупустой пакет молока, кусок сыра, затвердевший до состояния кирпича и контейнер из доставки, забытый бог знает когда. Я приоткрыл крышку, и тут же её закрыл. Не нужно было принюхиваться, чтобы понять что еда испорчена.
Тихо выругался и захлопнул дверцу.
Милана нашлась в гостиной. Она стояла перед зеркалом, закалывая волосы в высокую причёску. В узком чёрном платье, с накрашенными губами и стрелками на глазах. Красивая, как на рекламной фотографии в журнале.
— Ты куда? — спросил я, уже зная ответ.
— В клуб с девочками, — отозвалась она не оборачиваясь. — Ты же сам говорил: «Развлекайся без меня». Вот я и развлекаюсь. Может пойдёшь со мной?
Я сел на диван, провёл рукой по лицу. Сейчас мне меньше всего были нужны клубы и её «девчонки».
— Ужинать ты не собиралась? — сказал я вместо ответа.
— Не-а, — пожала она плечами и отошла от зеркала, любуясь отражением. — Там поем. Кстати, холодильник опять пустой. Ты ведь ближе к магазину после работы? Забежал бы завтра.
— Мил, я работаю, — ответил я чуть резче, чем собирался. — И устаю, как сволочь. Так может ты, для разнообразия, могла хотя бы пельмени сварить? Кажется, у людей это называют заботой.
— У людей, говоришь? — она повернулась ко мне, скрестив руки на груди. — И что же там ещё, у этих людей?
— Не поверишь, но это нормально — проводить вечера дома, — сказал я, невольно повышая голос. — Без клубов и вечеринок. Готовить. И иногда интересоваться, как прошёл день.
— Я сделаю вид, что не слышала этого, — отчеканила она. — Ведь ты с самого начала знал, что я не та, кто сядет дома и будет ждать с тапочками в зубах.
— А я и не о тапочках, чёрт возьми! — голос сорвался, я ударил ладонью по столу. — Но можно хоть немного ценить то, что я для нас делаю? На работе весь мозг выжрали, а дома ты продолжаешь. Как же это всё задолбало!
Милана полыхнула глазами и злобно прищурилась.
— Не «для нас», Никита. Для себя. Ты всегда всё делаешь для себя. Работаешь — потому что тебе важно, чтобы тебя считали важным и нужным. И со мной сошёлся, чтобы почувствовать, что ты ещё ого-го! А теперь вдруг решил, что я обязана играть роль жены? Напомни-ка, а зачем всё это мне? — она особенно выделила последнее слово и явно ждала моей реакции.
Я хотел ответить, но в этом не было смысла. Всё равно она услышит что-то своё.
Милана взяла сумочку и набросила на плечи куртку.
— Я пошла.
Дверь захлопнулась за ней с глухим стуком.
Глава 11: Ксения
Я не получила ни одного ответа на свои отклики. Даже шаблонной отписки, просто тишина.
Некоторое время позволила себе гонять тоскливые мысли, но потом решила — если уж гора ко мне не идёт, то придётся самой пошевеливаться. Сложила в сумку распечатанные резюме, блокнот с ручкой, и пошла. Для начала, на предыдущее место работы.
Знакомый путь навевал странное чувство дежавю: каждая остановка, каждое дерево были и такими и не такими одновременно.
Здание снаружи практически не изменилось. Разве что тяжёлые деревянные двери сменились на современные металлические. А вот внутри всё казалось меньше, чем я запомнила. И коридоры уже, и потолки ниже. Наверное, просто отвыкла.
Я прошла в холл, попутно удивляясь, какой странный цвет выбрали в этом году для стен — до уровня груди они были выкрашены в светло-лиловый. Наверняка на этот оттенок была большая скидка, а завхоз в таких случаях всегда склонялся в сторону экономии.
Посмотрела на доску объявлений и на афиши будущих мероприятий. И уже собиралась пройти на второй этаж, как столкнулась с Мариной Сергеевной, с которой мы довольно долго проработали вместе.
— Ксюшенька... Как же ты... — бормотала она, то притягивая меня к своей обширной груди, то отстраняя и рассматривая. — Исхудала совсем. Какими судьбами?
— Решила заглянуть в гости, просто соскучилась, — ответила я. Говорить в лоб о поисках работы не хотелось.