Она затянула меня в подсобку, щёлкнула чайником, но до чаепития так и не дошло — кажется, ей давно хотелось поделиться наболевшим. А наболевшего оказалось много: от знаменитого «молодёжь совсем обленилась и работать не хочет», до огорчившей меня информации о грядущей «оптимизации» штата.
Сама я осторожно обходила вопросы о личной жизни и работе, отделываясь общими фразами, и осознавая что здесь мне места больше нет.
А прощаясь с Мариной Сергеевной я осознала, насколько выпала из рабочего ритма. Осев дома, я упаковала себя в уютный кокон из домашних забот, общаясь по большей части лишь с Никитой, Светой да парой соседок. И не особенно задумываясь, как жить дальше. А теперь пришла пора выходить из этого кокона.
После этого я без особой надежды прошлась по другим библиотекам города: районные, детские, даже в школьные и библиотеки при институтах и колледжах. Где-то сразу говорили, что никого не ищут, где-то вежливо брали резюме, общая перезвонить, если вакансия вдруг появится.
В поисках работы я не продвинулась, но успела почувствовать привычную атмосферу, и сердце болезненно ёкало: мне по-прежнему хотелось быть частью этого.
К концу дня ноги гудели от усталости, но я всё же решила немного пройтись пешком — погода стояла удивительно тёплая. И обнаружила, что чуть изменила маршрут, чтобы пройти мимо знакомой кофейни.
И усилием воли заставила себя не останавливаться, когда проходила мимо.
А дома, переодеваясь, посмотрела на левую руку с кольцом. Я купила его себе сама, так и не дождавшись шагов от Никиты. Хотела, чтобы хоть выглядело все, «как у людей». Какая глупость!
Неужели я ожидала, что Никита осознает свой промах и сделает мне предложение? Он тогда лишь пожал плечами, а я стала носить кольцо, убедив себя, что мы теперь «семья».
А он, выходит, никогда так не считал. И никакого предложения я бы никогда не дождалась. Наверное, со мной просто было удобно. А теперь перестало.
Я спрятала кольцо в шкатулку. Никакой семьи не было, да и светлый след от кольца быстро исчезнет. Самообман страшная вещь.
Через несколько дней, после очередной порции обещаний перезвонить, я вернулась домой совершенно выжатой. Ноги гудели, а мысли в голове скакали как бешеные сайгаки.
Наверное, стоило уже пойти в службу занятости. И снять фильтры, когда смотрю предложения работы — скорее всего, ничего даже близкого к своей специальности я не найду. Не настолько у нас большой город.
Но, несмотря на усталость, я затолкала в себя бутерброд с чаем, переоделась и снова вышла из дома. Потому что была среда. Даже если Максим проявляет ко мне лишь профессиональную вежливость, хотя бы проведу вечер не одна.
Когда я пришла, в кофейне уже почти не было свободных мест. Я не знала, какую книгу собирались обсуждать сегодня. Имело ли смысл заходить? И зачем я вообще припёрлась?
Не заметить Максима было нельзя. Пусть он стоял в тени, но его спокойный голос и уверенный разворот плеч привлекали внимание. Он никого из себя не строил, а действительно был именно таким, интересным и харизматичным. В груди приятно ёкнуло.
Он тоже заметил меня. На полуслове остановился и замер на секунду, сбившись. Кто-то из присутствующих усмехнулся.
Я продолжала стоять у входа, чувствуя себя глупым подростком. Пришла слишком поздно для той, кто заинтересован в обсуждении книги, и слишком рано, чтобы притвориться что зашла просто так. Он поймёт что я здесь из-за него. Захотелось уйти, но он уже сделал шаг в мою сторону. А потом второй. Обошёл стулья и подошёл ко мне, не отводя взгляда.
— А я думал, вы решили больше не приходить, — сказал он. — Рад, что ошибся.
Я чуть улыбнулась, опустив взгляд.
— Я не знала, что за книга сегодня. Долго сомневалась…
— Неважно, читали вы или нет. Я просто рад, что вы здесь.
Я посмотрела на него, такого спокойного и расслабленного. Вот кто, похоже, не терзается сомнениями. Знает, чего стоит и просто живёт.
— В прошлый раз я был идиотом, — сказал он. — Надо было сразу попросить номер. Вместо этого я весь вечер потом проклинал себя за то, что отпустил вас так просто.
Он усмехнулся, и в этой улыбке мне почудились неуверенность и волнение. Уходить окончательно расхотелось.
— Позвольте сегодня за вами поухаживать, — указал он на столик у окна.
Я, как зачарованная прошла за ним, позволила помочь мне снять куртку и пододвинуть стул.
Максим бросил взгляд на явно ожидающую его возвращения группу и виновато приподнял брови:
— Подождите минутку.