Точно, ведь я всё-таки решилась ей позвонить. Только вот разговора не вышло, я мямлила что-то невнятное и, кажется, плакала.
— Господи, Ксюня, ты как? Почему телефон не берёшь? — без всяких приветствий влетела она в квартиру, отодвигая меня плечом, скидывая ботинки и куртку. Окинула взглядом комнату. — Ну, естественно… чего ещё стоило ожидать?
Я попыталась улыбнуться, но вышло только что-то похожее на судорогу. Света прошла на кухню, поставила пакеты на стол, повернулась ко мне и, не говоря ни слова, притянула меня в объятья.
Тогда меня и прорвало. Слёзы хлынули, будто кто-то открыл невидимый кран.
— Ну давай, пореви, это тоже иногда нужно, — щекотно шептала она мне в ухо.
Я хлюпнула носом и попыталась отстраниться, чтобы не портить подруге свитер, но Света прижала меня крепче, утыкая в плечо и успокаивающе поглаживая.
— Я даже не думала, что Никита окажется таким трусом. Вот же навоза кусок, а? По телефону… — Она отстранилась, глядя мне в глаза. — Хоть бы в лицо всё сказал, чудила на другую букву.
Я медленно опустилась на стул, к которому меня подтолкнула Света.
— Всё так глупо закончилось, — собственный голос казался мне сиплым и искусственным.
— Да, Ксюша. Закончилось. И слава всем богам. Ты слишком долго держалась за этот кусок идиота. Есть будешь? — спросила она, открывая холодильник.
Слегка поморщилась, доставая из него явно задержавшуюся там кастрюлю, и принялась раскладывать принесённые продукты: йогурты, сливочный сыр, контейнеры с готовой едой.
— Не хочу… — пробормотала я.
— Ну нет, так дело не пойдёт, — Света закатила глаза, а потом придвинула стул, села рядом и взяла меня за руку. — Сейчас тебе кажется, что всё рухнуло. Я это понимаю. Но дальше будет легче. Слышишь? Надо просто сделать первый шаг. Встать. Душ принять, а то уже пованивать начинаешь. Выйти из дома. Просто воздух понюхать. Поняла?
Я не ощущала в себе сил, но всё равно кивнула. Просто потому, что стало стыдно.
— Иди-иди, засранка, — Света поднялась и подтолкнула меня в сторону ванной. — И скажи спасибо, что я не притащила с собой свою маму. Уж она бы тебе рассказала чем в её время лечили депрессии.
— Спасибо, Свет… — усмехнулась я слабо.
Послушно прошлёпала в ванную, встала под душ и некоторое время стояла, прижав лоб к холодной плитке и позволяя горячей воде стекать по коже. Стояла и просто старалась дышать ровно: вдох, медленно… выдох…
Я была плохой подругой: звонила редко, частенько отказывалась от встреч. Ведь у меня был более важный, как мне тогда казалось, человек, которому я старалась посвятить больше времени. Сделать его жизнь уютнее, удобнее. Всё, чтобы он понял, что я заслуживаю любви. Смешно.
«Мне нужно пространство». Какая чушь. Как будто я его в чём-то ограничивала.
Выйдя из ванной, я закуталась в полотенце и действительно почувствовала себя чуть лучше. Света встретила меня в коридоре, оценивающе осмотрела с ног до головы:
— Вот, уже лучше. А то ты смахивала на несвежего зомби. Садись, я тебе чай налила.
Я без возражений уселась за стол. Передо мной стояла чашка с горячим зелёным чаем и огромный бутерброд с ветчиной и сыром.
— План такой, — проговорила подруга, устраиваясь напротив. — Завтра берёшь себя в руки, надеваешь что-нибудь приличное, а не вот эти твои вечные серые кофты, и идёшь со мной гулять.
— Свет, не стоит, не трать на меня время, всё нормально. — попыталась отмахнуться я.
— Прекрати, — отрезала она. — Ты же понимаешь, что если сейчас сядешь и начнёшь себя жалеть, то потом будет ещё сложнее выбраться из этого состояния? Ты намного сильнее, чем тебе кажется. А про мусор я говорила серьёзно.
— Одиннадцать лет, Свет, — сказала я, глядя на своё отражение на поверхности чая и отмечая уставшее лицо, припухшие веки. — Почти вся моя взрослая жизнь…
Света хмыкнула:
— Ну да, жаль что он не проявил себя раньше. Но, как там в кино говорили — жизнь только начинается. Надеюсь ты скоро осознаешь, что не так уж он тебе был и нужен. Да, больно. Да, обидно. Но давай честно: если человек так себя повёл, значит он не такой хороший, каким тебе казался. И отдаляться начал давно, к этому и шло, правда?
— Правда, — прошептала я и кивнула. — Я не знаю, почему он так изменился.
— Люди меняются, и ты за это не в ответе, — Света протянула руку и сжала мою ладонь. — Если ты сейчас же не улыбнёшься, я исполню партию Эльзы, — шутливо подвигала бровями она. А потом затянула, страшно фальшивя и переигрывая. — Отпусти-и-и и забу-у-удь, что ушло уже не вернуть…