Так оно и получилось: большую часть времени мы сидели под землей, выходя на поверхность только по нужде…
Ближе к полудню в гости зашел командир подразделения, размещавшегося недалеко от нас, мы обменялись ночными наблюдениями, скорректировали метки на карте, угостили его чаем с плиткой сливочного ириса, по вкусу напоминающего конфеты «Коровка», так и просидели, общаясь, около часа, после чего гость убыл в расположение к своим ребятам…
Мы приготовили обед, перекусили, и каждый начал заниматься своими делами, кто-то наблюдал за обстановкой, выходя на поверхность покурить, кто-то чистил оружие, кто-то лежал на нарах, закутавшись в спальник, непрекращающийся дождь не давал наблюдать за противником, но были и плюсы: в небе не летали БПЛА противника и молчала артиллерия. Они предпочитают не бить вслепую, берегут снаряды, наша же артиллерия и танки изредка били по ранее обозначенным целям.
День шел своим чередом, не внося никаких корректив в наши дела, мы наблюдали за периметром, собирались за кружкой чая с припасенной для такой погоды баночкой гречишного меда, в землянке висел сладкий аромат, исходящий от банки…
Вечером кто-то из ребят включил скачанный на телефон фильм, мы погрузились в просмотр, незаметно наступила ночь, ребята легли отдыхать, а я остался наблюдать за периметром…
Очередное утро началось с артиллерийской дуэли, за ночь погода стабилизировалась, дожди и туманы сменились солнечным и чистым небом…
Когда я проснулся, ребята уже приготовили завтрак, обрывистые переговоры по радиостанции давали понимание, что что-то произошло, позже, когда зайдут ребята в гости, мы выясним, что ночью диверсионная группа обстреляла дальний блокпост и пару ребят ранило в руку и ногу…
Чистое небо позволяло беспрепятственно запускать квадрокоптеры в небо и корректировать огонь артиллерии и минометов, чем активно пользовались обе стороны фронта. Мы в приборы наблюдали разрывы от минометов примерно в километре от нас, противник заметил спрятанную в кустах технику и, корректируя огонь, старался ее уничтожить, наша же артиллерия вела контрбатарейный огонь по позициям врага, мина врага прилетела в населенный пункт, начался пожар, который сопровождался звонким взрывом шифера и клубами черного дыма, который ветром обволакивал всю степь…
Взаимные обстрелы продолжались несколько часов, потом резко стихло… Небольшой промежуток тишины был непривычен и очень обманчив, на позициях врага передвигалась техника, мы передавали координаты нашей артиллерии, которая, в свою очередь, в силу своей медлительности, уже била по пустому месту…,
Третий день под землей не вызывал какую-то тоску, наоборот, ребята шутили, рассказывали истории и случаи из жизни, спорили о машинах и что раньше армия была лучше, мы улыбались и слушали рассказы…
Незаметно наступила ночь, луны не было, в чистом небе светили звезды; распределив время на ночь, я пошел отдыхать, нас ждал очередной «день сурка»…
Проснулся оттого, что кто-то из ребят толкнул меня по ноге, выждав момент, когда я пришел в сознание, начался разговор, ребята сказали, что пошли на точку эвакуации встречать нашу смену.
Я задрал руку и взглянул на часы — начало пятого — поднялся с нар, занял место на посту и поставил чайник…
Выйдя на поверхность, чтобы умыться, обратил внимание, что на улице было очень темно, луны и звезд не было…
У колодца включив фонарик, увидел в ведре покрытую льдом воду, морозы участились, и у этого момента были положительные и отрицательные стороны… Плюс, что противник мерзнет; минус, что мерзнем мы…
Вернувшись в землянку, налил чай, теперь нас не спало двое…
Не знаю, сколько прошло времени, начался рассвет, ребята пришли с точки эвакуации одни, а это значило, что смена не приехала и мы автоматически продлились ещё на несколько дней, не скажу, что нас радовала эта ситуация но деваться-то особо было некуда. Обсудив ситуацию, пришли к выводу, что мы еще спокойно можем несколько дней тут сидеть, продуктов и воды хватает, настроение у всех хорошее, да и мобилизованные ребята держатся нормально…
Прошел час. Мы сидели и смотрели в приборы и увидели вспышку, хлопок, кто-то снял нашу растяжку в слепой зоне, три секунды — взрыв, еще несколько секунд, и мы уже идем осматривать местность… Пулеметчик прикрывает тыл, один человек по-прежнему на приборах…