— Ты мне порвал трусы! — швыряет третьему в лицо обрывки.
— Куплю новые! — готовно соглашается тот, протягивая деньги. — А вы дверь сломали, — укоряет он старика. — С нас же вычтут!..
Старик убирает пистолеты.
— Да давайте посидим нормально, — как бы заглаживая недоразумение, приглашает третий. — Мы ставим.
— Мы ж не знали, — добавляет первый.
Рассвет. По подсохшей дороге тарахтит мотоцикл с коляской.
В коляске сидит старик, обнимая скрипку.
За рулем — первый механизатор.
За его спиной — прижимается негритянка, обняв его за пояс.
За негритянкой сидит мальчик, прилип, обняв ее.
А сзади, на веревочке, едет кресло старика.
— Ты плотней прижимайся, — дружески лыбится механизатор.
И тарахтит эта композиция малым ходом мимо полей и рощ.
В кустах. Старик ставит задачу мальчику и негритянке.
— С автоматической коробкой передач. И длинным ходом ручного тормоза — лучше дисковые на четыре колеса. И по возможности — попроще так, подешевле, не очень броскую.
Выказывая доверие, хлопает мальчика по плечу:
— Давай!
Пригородная продажная автоплощадка. Масса машин, — и за углами загородки два танка.
Мальчик и негритянка входят в ворота. Она поправляет на его шее свой платок, он отряхивает ее пальто.
Бродят вдоль рядов машин, выбирая.
…Продавец демонстрирует им машину: открывает дверцы, двигает рычаги — пренебрежительно, молча, не глядя на них.
— Тебе сколько лет? — спрашивает мальчика свысока.
— Сколько надо, — грубо бросает мальчик.
— А по виду не скажешь.
— Железо рано начал таскать, — сплевывает мальчик. — От этого рост останавливается. — Расправляет плечи, грудь. — Пол Андерсон был сто шестьдесят. Чемпион мира по штанге.
— Не слыхал, — продавец, глядя мимо, жует резинку.
— Жестянка, — небрежно цедит мальчик. — Еще!
…Продавец демонстрирует им шикарную тачку:
— Коробка-автомат. Ручник, — двигает. — Дисковые тормоза. Будете брать? — Он явно издевается.
— Оформляй, — хамовато-небрежно бросает мальчик.
Продавец перестает жевать, смотрит внимательно, впечатлился.
— Как платить будете? — смесь подобострастия и ехидства.
— Налом, — баском бросает мальчик.
Мальчик с пачкой бумаг в руках, негритянка рядом, идут по коридору, минуя ряд дверей. Он читает вывеску «Директор» — и решительно входит.
В приемной секретарша спрашивает из-за стола с компьютером:
— Вы к кому?
— У себя? — обрывает ее мальчик, кивая на дверь за ней. — Ждет! — И, не сбавляя шага, негритянка следом, входит в директорский кабинет, хлопнув на секретарский стол флакон дорогих духов.
Директор за столом. Поднимает глаза на мальчика и негритянку:
— В чем дело?
Мальчик с расстановкой достает записку и кладет перед ним.
Директор читает.
Мальчик забирает записку обратно и кладет бумаги на машину.
— Вы присаживайтесь, — говорит директор.
Читает, задумывается.
— Какие проблемы? — весомо спрашивает мальчик.
— Одну минуточку, — директор тянется к телефону.
— Не надо звонить, — медленно, ему в глаза, велит мальчик.
— Вот это лишне, — делает гримасу тот, тыча в кнопки.
На него смотрит ПМ — мальчик щелкает предохранителем.
Негритянка раскрывает бритву и заходит за спину директора — со зверским видом.
— Подпишите, пожалуйста, будьте так любезны, — интеллигентно просит мальчик — и начинает тянуть спуск.
— Осторожно! — говорит директор. — Вы что это здесь, честное слово…
Ставит подписи, шлепает печати.
Мальчик садится за руль, негритянка рядом. Он неумело трогает машину.
Машина дергается, глохнет, заводится снова, прыгает назад, едва не сталкивается с другой, виляя едет по проходу, еле вписывается в поворот и исчезает.
…Директор следит за эволюциями машины из окна. Она исчезает за поворотом — и он хватается за телефон.
Все трое у машины в кустах.
— Совершенно неприметная машинка, — усмехается старик.
— Мог взять «Запорожец» с ручным управлением, — обижается мальчик. Руки его в краске.
Супертачка — с другой стороны грубо выкрашена в дикий цвет.
Негритянка увлеченно мажет малярной кистью.
— Вот так лучше, — одобряет старик, подъезжая.
— Я бы таких маляров повесил, — жалеет машину мальчик.