Парень понял — погиб. Гордо поднимает голову:
— Бандитское отродье!
Главарь:
— Короткая молитва. Мне нравится ее краткость — без лишних слов.
Очкастый:
— Да и не стоит затруднять господа лишними речами.
Парень:
— Стой! Если ты не трус — у меня есть последнее желание!
— Вот оно есть — а вот его уже нет, — главарь тянет спуск.
Напряженный взор парня. Медленно поднимается курок. Выстрел — молниеносно он уклоняется одновременно. Гул среди бандитов. Главарь впечатленно хмыкает и стреляет еще раз. Снова молниеносный уклон в другую сторону.
Очкастый:
— Я видел много обманщиков, но чтобы так нагло и бесцеремонно обманывать собственную смерть… А ведь она все-таки леди!..
Главарь:
— А ты упрям!.. Ну ладно, какое у тебя желание? И приготовьте петлю — свинец ему не по вкусу. Надо быть гостеприимными и уметь угодить вкусам гостя. А мы гостеприимны.
Мгновенно перекидывают через сук веревку с петлей.
Парень в обреченной ярости:
— Желание?!! Дать тебе раз по слащавой морде!
Одобрительный гогот бандитов.
Главарь, ласково:
— Если дотянешься. — Спешивается. Парень тоже.
Ходят друг вокруг друга. Парень наносит свой коронный страшный удар гарпунера — но главарь уклоняется, бьет его сам, парень четко парирует. Зрители гудят.
Главарь на голову выше, руки длиннее. Бьет его ногой, парень перехватывает и выворачивает ее, главарь прыжком выворачивается — встает на ноги. Тащит из-за голенища кинжал, бросается.
Тот перехватывает руку с кинжалом, кидает главаря через себя, кинжал падает, но главарь снова в прыжке встает на ноги.
Драка — атас! все дела! Парень подбирает дубину, бьет — тот перехватывает ее, дергает — парень летит на землю, лежа уворачивается от удара, вскакивает, тот дубину двумя руками за концы — угрожает — парень перебивает ее ребром ладони. Гул зрителей.
Главарь отступает к фургону, от удара парня — мимо! — ломается стойка фургона, оседает тент.
Схватываются руками, дрожат от напряжения — никто никого!
Постепенно видно — жажда крови у обоих прошла, симпатичны друг другу как сильные противники. Захват правых рук как-то превращается в рукопожатие — скупая улыбка у обоих.
Анархист-проповедник:
— Гимнастика полезна для аппетита. Перед едой — но не вместо ее!
Костер, мясо на вертелах, бутылки по кругу, смех. Главарь пьет, передает бутылку парню. Жуя:
— А ты мне почти нравишься. Умел бы ты еще стрелять…
Тот протягивает руку. Главарь испытующе смотрит и — рукояткой вперед — протягивает ему свой револьвер. Выстрелы не целясь:
Один снимает вертел с мясом — он падает ему в миску, в руке остается кончик перебитого вертела;
Другой, прикурив сигару, кладет обратно в костер горящую ветку — горящий конец падает в костер, отбитый пулей;
Анархист-проповедник тянется к запечатанной бутылке — от нее отлетает горлышко. Анархист, невозмутимо:
— Благодарю. Я и не ожидал встретить официанта, — льет в глотку.
Парень и главарь курят в палатке при свече, лежа перед сном.
— Не хочется убивать тебя. А отпускать нельзя. Так что будешь со мной. Согласен? Я не каждому предложу это.
— Вот я и не каждый. Я не буду бандитом.
— Пути два: живым грабителем или законопослушным покойником. Выбирай.
— Я найду третий путь.
— Трудно найти то, чего нет… Какого черта ты ишачил на руднике?
— Расставался с иллюзиями.
— А расставался — так расстанься! — Главарь глотает из горла, слегка пьян. — Мужчина расстается с иллюзиями, как младенец с пеленками, как нож — с ножнами. И вот когда слетят эти заслюнявленные покровы, эти тюремные оковы с души, — клинок обнажен, отточен, блестящ, — тогда ты мужчина, и готов к жизни и действию. — Берет нож и показывает парню. — Горе тому, кто встанет у тебя на пути! — По рукоять всаживает нож сквозь доски стола…
— Ставлю свой кольт с золотой насечкой против твоего медальона, что утром ты пойдешь со мной.
Парень поспешно прячет под рубаху цепочку с медальоном.
— Не трясись: я не так глуп, чтоб брать у своих. С волков шерсть не стригут. О’кэй: мой кольт против твоей шляпы.
Парень поднимает свою рваную шляпу, вопросительно смотрит.
— Так слушай, и выплюнь соску, когда дослушаешь. Тебя обыграл в Красном Салуне шулер, ведь так? И опоил тебя! Это старый номер, не ты первый. Хозяин прииска — с ним напару, понял? Он платит ему за то, что тот поставляет ему обобранных простачков вроде тебя!
— Вот как!..