Тихая мелодия с непонятными словами лилась с неплотно сомкнутых губ рыцаря, проникала сквозь камни дворцовой стены в сам дворец, и где-то там в его недрах беспокойно заворочался в постели невысокого роста щуплый человечек со всклокоченными волосами. Сон был нарушен появлением прекрасной незнакомки. Обнаженная девушка, юная, как весна и столь же прекрасная, застыла в дверном проеме. Глаза ее сияли, как две звездочки, соблазнительное тело казалось отлито из затвердевших лунных лучей.
Мне холодно и скучно. Согреешь меня? – прозвучал голосок.
– Ты… откуда?
Издалека. Я случайно проходила мимо. Искала…
– Меня?
Может быть, и тебя. Идем со мной!
– Куда?
Там узнаешь…
Она протянула руку – внезапно захотелось припасть губами к этой нежной коже. Придворные красавицы недолюбливали поэта и шута из-за его непритязательной внешности, а служанки и простолюдинки были для его возвышенной души слишком грубыми и приземленными. Но в этой девушке чувствовалась порода.
– Ты из числа фрейлин принцессы?
А как ты догадался?
– Я вообще очень умный…
И красивый! Пойдем!
– А… разве нельзя здесь?
Думаю, нам на твоей постели будет слишком тесно. Я знаю более удобное местечко, там нам никто не помешает.
Она попятилась прочь по темному пустому коридору, и Целок, только кое-как набросив рубашку, рысцой поспешил за нею. Девушка была так хороша, так соблазнительна! Она была совсем рядом – только руку протяни! – и когда внезапно исчезла, поэт застонал от досады.
Ну что же ты? – Знакомый голосок заставил встрепенуться. – Я тебя жду!
Она стояла в дверном проеме, раскинув руки.
Иди ко мне!
Целок бегом бросился вперед, распахнув объятия – и с испуганным криком полетел вниз, на камни.
Завершив песню, сэр Лаймож выдохнул и коснулся кончиками пальцев вспотевшего лба. Дело сделано. Завтра поутру совершающая обход стража наткнется на обезображенное, разбившееся о камни тело придворного поэта и шута Целока. Особенного расследования проводиться не будет – никто ничего не видел, ничего не знает. Правда, особо дотошный маг может почувствовать, что на покойника незадолго до смерти были наложены какие-то чары. Но вряд ли кто-то когда-то сможет вычислить их автора. В крайнем случае, он скажет королю, что сие сделано для блага государства.
Глава 4
Не такой, как все
Школа Драконоборцев
Этот случай произошел три недели назад. С тех пор на тренировках горец стал выказывать некоторые успехи. Во всяком случае, у него получалось намного лучше, чем у несчастного Садуго. Над ним перестали смеяться, Яунист все больше помалкивал, не подкалывая Авидара. Правда, тот действовал в какой-то странной манере – он упрямо держался своей стойки, чуть расставив ноги, и все время пытался включить в работу левую руку. Увещевания наставника, что на левой руке будет щит, владению которым учатся отдельно, на него не действовали. И ничего удивительного, что сегодня новый наставник, брат Дайвен, решил напомнить о том случае.
Он встретил учеников на пороге учебного корпуса.
– Сегодня вы узнаете кое-что новое о себе, – произнес он. – Следуйте за мной!
Развернувшись четко, по-военному, он направился внутрь. Ученики затопали следом.
Пройдя темным, мрачным, как тюремные подземелья, коридором, брат Дайвен вывел юношей в пустой просторный зал, освещенный лишь рядом небольших узких окон где-то под потолком. В углах царил полумрак. Шаги гулко отдавались от стен, под ногами звонко клацали мозаичные плиты пола.
Выйдя на середину, наставник взмахнул рукой – и в потолке открылся люк. Столб света осветил подтянутую фигуру рыцаря. Это произошло так неожиданно, что некоторые юноши не смогли сдержать изумленных возгласов.
– Здесь вы будете заниматься магией, – объяснил брат Дайвен. – Конечно, кто-то из вас выкажет большие успехи, кто-то – меньшие, но они есть в какой-то мере у каждого. Иначе вы бы не стали учениками нашей Школы – бездарей и тупиц мы не пускаем на порог! Здесь мы будем заниматься наведением и снятием чар.
– Но зачем нам это нужно? – искренне удивился Яунист. – Я думал, мы воины, а не колдуны!