— Щенок! — Проходя мимо Санхола, выдал Скелет, и, пробормотав себе под нос "Ланфрен-Ланфра", последовал за мной.
Нет, ну он точно слишком много нахватался от образа одного мушкетера, когда приобрел эту шляпу и начал говорить про тысячу чертей, у меня самого сейчас чуть шаблон не порвался!
— Мне уже жалко засевшего впереди лича. — Пробубнил себе под нос Санхол.
Глава Тридцать Третья.
— Стой! Нам велено Никого не пускать! — Когда мы добрались на минус втором этаже до части усыпальницы, что лич отвел себе, нам дорогу перегородили два мясных голема.
Тупые и примитивные создания, да и ранг у них явно завышен относительно собратьев, и равняется моему, другое дело, что обоих големов легко порвут наши Легендарные. Да и я, если постараюсь, тоже справлюсь. Но хотелось бы без этого, все же, их огромные туши тяжело быстро устранить в этом туннеле, даже если сами мы не получим от них и капли урона. Более того, шум схватки послужит сигналом для их создателя, а время на упокоение этих туш — для создания обороны и атаки по проникшим сюда личностям. А мы вообще-то с дружественными намерениями пришли! Значит, зайдем с другой стороны.
— Что, прямо так и заявил? Никого, да еще с большой буквы? — Подавая сигнал за спиной, чтобы свои не мешали, начал я по сложившемуся в голове плану. Хорошо импровизировать на ходу!
— Да. — Односложно хором гаркнули оба голема.
— А раз с большой буквы, значит, это или имя, или фамилия. Я — Кама Сутра. Как видите, ни в имени, ни в фамилии нет "Никого". Значит, я могу пройти, поскольку ваши условия я не нарушаю. Так? — Вовсю используя дипломата, произнес я.
— Так! — Расступились в стороны големы, но тут же попытались не дать пройти остальным.
— Эй, вы чего? Они со мной, да и к тому же, их статусы гляньте, они тоже не подходят под условие запрета! — "Отмазал" я и спутников.
— Ты — зло. — Покачал головой Санхол, когда мы отдалились от поста стражи.
— Я — дипломат, а мы много хуже какого-то безликого зла! — Фыркнул я, с удовольствием смотря на поднявшуюся репутацию с нежитью.
— А теперь ждите здесь, я разведаю обстановку, с моей незаметностью это сделать проще, да и к смерти у меня даже не сопротивляемость, как у некоторых из вас, а иммунитет, так что на типовые действия лича я даже не почешусь. — Коротко скомандовал я, когда мы дошли до нужного помещения, откуда ощущалась мощная аура нежити.
— Хорошо, но если что — зови.
— Обязательно, но и вы без команды не лезьте, еще все переговоры запорете! — Строго глянул я на своих горе-помощников, разом сделавших вид, что они оглохли.
Шесть суток спустя.
— Может, все же заглянем? — С надеждой произнес Райс, глядя на стоящую перед дверью Ирил, явно намекающую на то, что пройти через неё без сигнала её хозяина не выйдет.
— Угу, что можно делать шесть суток? Да он вообще живой? — А это уже один из рейнеке, опасаясь, что если избранник их прародительницы погибнет у них под носом, то этих самых носов они с напарником лишатся.
— Вестница тесно связана со своим создателем. Мне вообще кажется, что если он погибнет, то следом отправится и она, а с ней, как мы видим, все нормально. — Анрил ответил спокойно, все так же стоя неподалеку от входа.
— А я все же зайду. Он же сейчас не нежить, и ему питаться надо, а рюкзак свой он забыл! — Грустно вздохнув, выдал Санхол.
На это ничего возразить Ирил не смогла, к тому же, она и сама волновалась за своего Верховного, пусть заметить это мог бы лишь он сам, будь он сейчас по эту сторону двери.
Протиснувшись через приоткрытую литую дверь, компания узрела следующую картину — мощный стол, с различными магическими печатями, склянками зелий и прочей атрибутикой, в которой из них почти никто не разбирался (Ирил скромно промолчала). Над ним с одной стороны нависал ОН! Демилич! Статус Древний Усиленный, мощь действительно уже вполне с иными богами способная поспорить... и выиграть спор!
Скелет, излучающий мощь был закутан в полуистлевшую пышную алую мантию, открывающую вид на черные доспехи странного стиля. Полностью голый череп, лишенный кожи и иных проявлений "жизни", был окружен длинными седыми волосами, которые, скорей всего, лич сохранил по своей прихоти. Венчала голову золотая корона с длинными, зловещими зубцами. Алый свет бил, словно прожектор, из глазниц и струился между ребер. На его фоне терялась мощь их знакомого архилича — эти двое были просто не сопоставимы.