Саня и самому стало интересно, что там этот затейник сделал? Достал из широких штанин свой начищенный и готовый к бою обрез?
А девушка вдруг дёрнулась вперёд, обходя Саню сбоку. Тот тоже решил не стоять истуканом и посмотреть, что же там такого друг то придумал.
А тот... Сейчас лежал на полу в позе эмбриона на боку и сложив свои ладони вместе, положил их под голову и теперь так и лежал, иногда дёргая ногами...
“Вот затейник...” – Саня с трудно контролируемой усмешкой наблюдал, как девушка пыталась заставить его друга встать и пройти отдохнуть на диван, если тот устал - сначала уговорами, потом действиями – пыталась подёргать его, а потом...
Она сходила на кухню и через десяток секунд вернулась с чайником. – Если не встанете, я вас водой полью! – Она сказала это хоть и грозно, но с некой беспомощностью...
А Сухой среагировал как опытный сталкер в опасной ситуации. У него, всё ещё лежащего на полу, вдруг резко открылись глаза и стали размером с пяти рублёвую монету. После чего он так же резко вскочил, встав в боксёрскую стойку, став качаться на носках и подняв руки в защитном положении почти к лицу: - Ну давай, давай, нападай!
Чем заставил девушку застыть в немом ступоре с чайничком в руках. Она сейчас, почти также широко открыв глаза как Сухой, молча на него смотрела. Пока не услышала сзади тихое хрюканье и смех...
А это уже был Саня, который неплохо умел анализировать ситуации и видеть, что и когда надо было делать. А в данный момент надо было разрядить обстановку. Что он и сделал, начав сначала тихо хихикать, потом сдавленно смеяться и хрюкать, а потом и вовсе заржав.
Понимающий Сухой тоже вдруг сложился пополам и начал ржать от комизма недавно произошедшего...
А бедная и ничего не понимающая девушка тоже к этому невольно подключилась. В итоге, они смеялись так около минуты. Пока Саня, стирая с уголков глаз невольные слёзы, не смог разогнуться и отдышаться.
- Ладно, это и правда было забавно. – Он решил поддерживать маску несколько неэмоционального и нелюдимого человека, сейчас ограничившись скупой улыбкой и фразой. – Девушка, а как вас зовут? Меня вот Василий. – Он сказал это гордо выпятив грудь и чуть приподняв подбородок. Чем заставил уже усвоившуюся было девушку опять сложится и начать приглушённо хихикать... А к ней подключился и Сухой, после кивка Сани.
- Ну и ладно... Сами вы смешные... – Он тихо пробормотал это, решив поисследовать квартиру и её внутренности поподробнее.
Вообще, он и Сухой изначально не планировали обуть хозяина квартиры. Скорее, так само собой вышло по ходу беседы. Хоть Сухой и хотел, наверно, просто залезть ей под юбку, Саня решил, что надо ковать железо, пока горячо. И Сухой его понял, сразу начав двигаться немного не в том направлении. Впрочем, будет неплохо, если приятное совместится с полезным...
“Красивая у неё кухня вышла. Правда, как по мне, минимализм всё-таки лучше...” – Сейчас он смотрел на нежно голубого цвета обои, на которые падал мягкий свет от люстры и тени от различных предметов, что уже сами по себе были неплохи. Вместо старых советских шкафов были какие-то новые и они, хоть на его взгляд и были ненадёжны, неплохо вписывались о общую обстановку... Были также столы и стулья – тоже будто сделанные на заказ и прямо вчера. Ну, или непривередливому Сане лишь так казалось...
Он отодвинул один стул так, чтобы он своей спинкой стоял к стене, а боком к столу и сел на него. – “ Эти резные столы, стулья с мягкой сидушкой... Зачем так тратится?”
А два уже неплохо поладивших паразита, которые уже о чём-то шушукались почти неслышно, уже вышли из комнаты на кухню. Чтобы сразу увидеть Саню, который подперев рукой голову сидел и как раз смотрел в этот дверной проём. И с прищуром на них посмотрел.
Вдруг, в тот же момент Саня резко поднялся из-за стола и обличительным перстом своим указал в сторону этой парочки, декламируя праведным голосом: - Намиловались, голубки? Покайтесь, пока не поздно! ПОКАЙТЕСЬ! – Последнее слово он произнёс с силой и... как ни в чём не бывало опять уселся на своё место.
И если девушка уже в который раз стояла в ступоре и не знала, как ей реагировать, то Сухой знал.
Он аккуратно приобнял её за плечо и голосом, лишённым мирских переживаний, тоже начал неторопливо объяснять политику партии: - Друг мой, зависть – это плохое чувство... Это есть грех земной, который убивает тебя изнутри, и он... – В этот момент он повернулся к немного офигевшей девушке, которая пока не догадалась до того, что ей уже можно освободиться самостоятельно и лишь слушала и наблюдала очередное представление. И начал ей отчаянно подмигивать, прося подыграть.