Но Гермиона не подозревала о существовании Гарри до этого лета. Как не знала и про мир магии, школу, Дамблдора и все остальное. И тем страннее выглядело ее поведение. Гарри мог признать, что еще понимал восторг девочки от личности Дамблдора. Узнав о магии, она тут же нашла для себя кумира в этом мире, тем более что седобородый старик с добрым взглядом в ярко-алой мантии идеально вписывался в образ настоящего великого волшебника, как из любой маггловской детской книжки. Но особое внимание к себе Гарри настораживало. Не могла магглорожденная ведьма, три месяца назад не знавшая о мире магии и еще не успевшая им проникнуться без прямого соприкосновения с этим самым миром, так жарко агитировать героя этого самого мира, давить на его чувство ответственности и призывать к совестливости перед некой общественностью, хотя саму эту общественность девочка ни разу не видела. Не считать же за таковую школьников и немногочисленных взрослых-педагогов?
Сверяясь с собственным опытом, Гарри пришел к выводу, что Грейнджер из тех, для кого важен авторитет, кто верит в опыт старших, кто им доверяет. Она из тех, кто подхватит слова взрослых и будет транслировать их другим. Отсутствие же опыта в общении превратит ее реплики не в аккуратные намеки и замечания, а в упреки и требования.
Драко не стал ничего говорить, хотя взгляд у него был весьма и весьма задумчивый. Гарри чувствовал, что блондина тянет что-нибудь сказать, но тот слишком хорошо воспитан и не обделен умом. Помня о замечании Поттера в поезде, Малфой не пытался навязывать свою дружбу. Тогда оба поняли, что общению ничего не помешает, но подмять Гарри у Драко не выйдет, никакие правила и устои чистокровного общества не сработают. Гарри знал, что имеет право на это намекнуть, а Драко не зря рос сыном лорда и знал, что правда на стороне Поттера.
Это магглорожденный, впервые попавший в мир магии, мог считать, что просто едет учиться в школу. Но и Драко, и Гарри понимали (пусть последний понимал это с очень недавних пор), что Хогвартс — мир магии в миниатюре. И в этом мире есть иерархия, в которой кому-то заранее отведено высокое место, кому-то нужно за свое место побороться, а кому-то предстоит просто смириться.
Положение детей в школьной иерархии во многом зависело от двух факторов: положения родителей в мире за пределами Хогвартса и собственного поведения.
Большинство учащихся в школе были чистокровными, но и большинство из них относилось к так называемым неродовитым чистокровным. Это означало, что у семьи нет ни положения в обществе, ни влияния, лишь уважаемое всеми происхождение. Если у семьи были хотя бы деньги, то они уже стояли выше других, но все равно считались не слишком значимыми фигурами. Если, конечно, не добивались вассалитета перед какой-нибудь родовитой семьей.
Другое дело родовитые. У них была своя собственная иерархия. Так на низшей ступени стояли представители родовитых, но обедневших семей. Даже имея место в Палате лордов и членство в Визенгамоте, эти семьи мало что из себя представляли, ведь не могли навязать кому-либо собственные условия, не имея ни денег, ни рычагов влияния. Выше стояли представители семей, у которых хватало денег, но не было желания ввязываться в конфликты и передел власти. Этих всегда было больше всего. Выше были амбициозные. А на самой вершине амбициозные и богатые.
Малфои относились к последним. И теоретически при других обстоятельствах Гарри стоял бы на ступень ниже Драко в иерархии из-за своего происхождения, но ему многое компенсировал статус лорда, о котором Драко не знал, но который чувствовал, богатство семьи, признанное всеми, и право победителя, которое чистокровные ставили очень и очень высоко.
Пусть дедушки и бабушки считали, что мало о чем рассказали внуку, они дали ему то главное, что требовалось. Останься Гарри с Дурслями, он, вполне возможно, ничего бы не знал о своей семье, не разбирался бы в иерархии и не подозревал о законах, которым чистокровные следовали на уровне инстинктов. Вполне возможно, что Гарри даже совершил бы какую-то ошибку, навсегда утратив шанс доказать свое высокое положение.
Например, попади Поттер на Гриффиндор, он мог по глупости прислушиваться к советам Уизли, тем самым признавая покровительство со стороны предателя крови и ставя себя ниже его по иерархии. Хуже было лишь покровительство и зависимость от магглорожденной Гермионы, знавшей о мире магии лишь по нескольким книгам, но не бывавшей нигде, кроме Косого переулка и Хогвартса.