— А куда ж еще… — тихо прошипел себе под нос рыжик.
— Да, там училась вся моя семья, — пригубив какао, кивнул Драко. — Да и я не против. Рейвенкло — хороший вариант. Но на Слизерине деканом мой крестный. Он же немного занимался со мной зельеварением…
На самом деле Северус Снейп гонял Драко по своему предмету так, что блондин хотел удрать из дома. Пока никакая наследственность не помогала Малфою с приготовлением зелий, а учитель не делал ему поблажек. И если сам процесс приготовления Драко мог худо-бедно проделать без ошибок, то эссе по заданным темам ему не давались. Мальчик сидел над короткими текстами часами, обкладывался книгами, но все оборачивалось лишь головной болью и презрительно искривленными губами профессора, когда тот читал и перечеркивал вымученный в конце концов текст.
— Слушай, это здорово! — похвалил Гарри. — Зелья — ужасно сложный предмет. Я полностью уверен, что буду хуже всех по нему.
— Разве это сложно? — встряла в разговор девочка. — Книжка такая простая. Похоже на кулинарные рецепты. Если следовать инструкции…
Через несколько минут ребята так увлеклись беседой, что даже Невилл вставил пару реплик, когда речь зашла о растениях. Лишь Рон откровенно скучал и кривился, глядя на то, как Гарри Поттер совершенно спокойно беседует с Драко Малфоем. А Драко так погрузился в разговор, что не заметил проглоченные пирожки и выпитое какао. И лишь гудок поезда и голос машиниста вернули детей в реальность.
Глава 21. Распределение
— Профессор МакГонагалл, вот первокурсники, — прогудел Хагрид, обращаясь к высокой строго одетой женщине в темно-зеленой мантии и остроконечной черной шляпе.
— Спасибо, Хагрид. Я их забираю.
Гарри покосился на женщину, но тут же отвел взгляд и вернулся к любованию стенами замка. Следуя за профессором в толпе первокурсников, мальчик внимательно изучал стены, колонны и потолок. Ужасно хотелось взглянуть на все это великолепие через новые очки, проявляющие магию, которые Гарри сделал неделю назад, но те остались в чемодане. Пришлось всматриваться, а это мешало как следует изучить рисунок многих слоев плетений, пронизывавших стены школы. Юный маг пока знал не все, но уже сейчас мог сказать, что замок строили одновременно с закладкой многих чар. Гарри почти физически ощущал древность как сооружения, так и его магии. Хогвартс напоминал огромный древний артефакт, наделенный множеством свойств.
Профессор привела детей в небольшой зал, где все едва уместились, и велела вести себя тихо. Гарри показался этот приказ весьма нелепым, учитывая то, что за стеной слышался гул сотен голосов. Но через несколько минут он понял причину распоряжения заместителя директора — сквозь стену в зал влетела дюжина призраков. Лишь несколькими секундами позже они заметили первокурсников и заговорили с ними. Но Поттер не вслушивался в разговоры, а больше рассматривал призраков. Они оказались весьма интересными созданиями. В магическом зрении они теряли человеческие очертания и становились похожи на хаотичные обрывки магических нитей, поврежденных, размытых, покореженных и соединенных кое-как. И при всем при этом нити эти были настолько бледными, что потеряли всякий свой цвет, став серыми.
— Первокурсники, — позвала Минерва МакГонагалл, вернувшись в зальчик, — церемония отбора вот-вот начнется. Выстройтесь в шеренгу и идите за мной!
Гарри осмотрелся, пытаясь определить, с кем удобнее будет встать в пару, чтобы не слишком много перемещаться по залу. И очутился возле Невилла.
Поттер думал, что испытает волнение и страх, но пока ощущал лишь интерес и воодушевление. Да и выпитое какао с пирожками творило чудеса — в отличие от многих других он не маялся сейчас от голода и не стучал зубами от холода.
Большой зал ошеломил его своими размерами и невероятным потолком.
— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — довольно громко сообщила всем окружающим Гермиона. — Я читала об этом в «Истории Хогвартса».
Гарри тоже об этом читал. А еще из других книг он узнал, что столы факультетов связаны чарами с кухней школы, что позволяет эльфам переносить сюда еду, даже не появляясь, пусть и невидимками, в самом зале. А еще, что витражи за спинами учителей — работа одного древнего мастера и никто сейчас не сможет повторить его труд. Но на счастье школы на витраж действуют те же чары, что и на весь замок. Если здесь хоть что-то разрушить, то сама магия устремиться вернуть Хогвартсу изначальный вид.
Вскоре, миновав длинный зал, дети замерли у возвышения. Там за длинным столом сидели преподаватели, а на ступеньках сиротливо торчал неказистый табурет, на сидении которого лежала старинная шляпа.