19.
Горько.
Ох как горько.
Я немного опоздал,
Проспал – половину Жизни.
И не знаю будет ли вторая.
20.
Она ждет…
Летом – жара. Осенью – слякоть.
Она ждет снег.
Снег это наше счастье, наша встреча…
Знаю, что будет хорошая, добрая зима, чистая и светлая…
Сейчас, наверное, у нее тихое и теплое настроение.
Мне так кажется.
Она любит петь и не любит суеты.
Я ищу тебя, родная моя!...
Осень.
Дождь.
Ожидание.
Часть третья. Финал — Апофеоз
1.
Опыты с низким напряжением результатов не дали.
Но разгадка где-то рядом.
Я чувствую ее, ощущаю всем своим существом.
Только не останавливаться.
2.
Остров Любви.
Добрый и суровый, мудрый и бесшабашный.
Пока он был, я верил в то, что люди имеют шанс…
Они взорвали его!
Отмель и несколько валунов – это все что осталось.
Зачем?
Кому это было нужно?
3.
Зачем строить эти сверкающие дворцы-притоны?
Кому нужны уверенные в своем всезнайстве глупцы?
Почему для «полноты ощущений» сознание необходимо ежеминутно заливать водкой или заколачивать «информационным мусором» и словесным бредом с голубого экрана?
Не понимаю.
Не желаю понимать.
Жестокость, расчетливость, подлость – проще говоря социальная грязь, видимо дорого стоит, раз ее так «рекламируют».
4.
Умник смотрит глазами и мыслит разумом.
Человек видит сердцем и Верит…
Это противостояние кажется вечным.
Скоро. Очень скоро все изменится.
Земле тоже необходим отдых…
5.
Душа терпит бедствие.
Коньячку?
По чуть-чуть – на большее средств не хватит, да и не зачем.
А дальше…
Если впереди рассвет – хорошо, если – беда…
Но у беды нет будущего.
6.
Вновь буфет.
Все пути ведут сюда…
С чего бы это?
Вовчик.
- Здорово!
- Салют! Пить будем?
- Если достанем.
- Имеется.
- Коньяк? Вступаю.
- Бери посуду, отметим эту ночь.
«Это конечно гадость, а не коньяк, ну, да ладно».
- Помнишь в китайских гексаграммах: «Ночь особенно темна перед самым рассветом»?
- Очень сожалею Мишутка, но вечерние сумерки ты принял за предрассветные…
- Но все равно, давай выпьем за Рассвет.
- Ты неисправимый романтик…
- Бывает.
7.
Серебро звезд.
Ветер набережной.
Вечерние беседы имеют привычку перетекать во взаимные провожания, весьма продолжительные.
Весело.
Одинокие фонари.
Тишина.
Тишь.
Мышь.
Странно: слишком тихо.
Хотя время – три ночи, ничего странного.
Знакомый подъезд.
Ключи, вперемежку с билетами и мелочью.
Шум за спиной.
Широко раскрытые глаза ужаса и боли.
- Что слу…
- Война!
Лекарства, бинты, беспомощное тело, носилки…
Неужели все?
8.
Четыре крупных группировки разделили город на сферы влияния.
Принадлежность к любой смерть от остальных.
«Непричастные – подлежат уничтожению».
Смерть вышла на охоту.
9.
Любовь?
Любить человека и быть от него сейчас равносильно сожжению на медленном огне.
Господи! Помоги Ей!
Да, я стал эгоистом, потому что люблю Ее.
10.
Из окна видел как вспыхнула районная библиотека.
Бездарные потомки Герострата.
Книги-то здесь причем?
11.
Нас учили ненавидеть и не учили Любить.
Почему?
Почему нас приучали к тому, что есть умные и есть дураки?
Кому выгодно такое деление?
Человек сотворен для творчества, а не для суеты. Только в творчестве время теряет свой смысл – ходики и будильники лишь отвлекают отнимая силы.
12.
-Ты жив?
- Пока что да.
- А он?
- Еще не родился, наверное. Люди рождаются несколько раз и столько же раз умирают. Хотя кто как.
- А бывает что две жизни становятся одной?
- Бывает, но, к сожалению, чаще наоборот….
13.
Тоннель сменяется стеклянным коридором.
Там, за стеклом – дождь, ночь и море цветастых зонтов…
«Государственность».
14.
«Господа, господин» - откуда пошли эти слова?
«Господа»…
«Господин»…
Господь?
Неужели это так?
Человек возомнил себя Господом и сильно просчитался!
А весь этот военизированный кошмар – расплата за фальшивое господство.
15.
Отключили электричество.
Но опыты продолжаются.
Вовка – мой верный напарник, притащил откуда-то лабораторный генератор и двигатель от мопеда.
Пока занимался проводкой, он соорудил подобие электростанции и установил все это на балконе.
Ночью провели заземление.
Вынесли из комнаты все кроме аппарата и приспособлений.
Пуск генератора.