— Извините.
— Уходите и больше не появляйтесь.
— Но…
— Убирайся, ты не знаешь меня, червяк. И даже не приближайся, иначе твои внутренности сгниют раньше, чем успеешь дойти до туалета. Уходи.
— Еще раз прошу извинить, — сказал мужчина и, с почтением склонив голову, развернулся и пошел к выходу.
«Идиот!», — мысленно сказала Оксана и вернулась к себе в аудиторию.
— Он думает, что в этом я виновата. Услышав мое проклятье, он сам себя запрограммировал, и теперь каждый раз возвращается в исходную точку. Его мозг заклинило, программа зависла.
17. Возьмите котёнка
Несмотря на то, что произошло, Оксана осталась довольной. Может, где-то и она приложила руку к тому, что у Бориса возникли проблемы, а после у Артура, а теперь у этого напыщенного болвана. Ей хотелось в это верить.
— Слушай, Галь, — с ней они вместе работали. — Ты говорила, что у тебя бабушка умеет заговаривать болезни.
— Да, к ней в деревню часто обращаются, даже из города.
— А что она заговаривает, какие болезни?
— Разные. Вот мой брат до пяти лет иногда писался, она его заговорила и больше не стал. А дядя Николай часто выпивал, хороший, добрый, но пил, а после тоже перестал.
— А что она с ними делает, ты видела?
— Видела, трудно сказать. Просто шепчет свои слова, что все пройдет, хворь уходи и так далее. Помашет веничком из травы, дым пустит. Со стороны кажется, что глупость, но это работает.
— А всем помогает?
— Нет, не всем, некоторым наотрез отказывает. Не верит, что они хотят вылечиться. Тут ведь главное, чтобы он сам хотел. Мой брат хотел, ему было стыдно, в садике ссыкуном обзывали, и дядь Николай тоже хотел. Она сперва поговорит, а после решает, помогать или нет. Если человек не хочет лечиться, тут и таблетки не помогут, все равно останется больным. Если не этим, то чем-то другим заболеет, они как магнит притягивают к себе болячки.
— Интересно.
— Она у меня добрая, сейчас ослепла, жалко.
— А она умеет снимать порчи?
— Это дело серьезное, не все могут, с порчей нужно быть осторожным, в землю зарывать.
— Как зарывать?
— Не знаю, бабушка говорила: «Сделал порчу, зарой в землю». Ну, это, чтобы она к тебе не вернулась, что-то в этом роде.
— А…
В тот же день Оксана пришла домой, взяла листок бумаги и написала имена своих обидчиков. А вечером, когда солнце село, пошла в парк и зарыла листок. Не забывая при этом повторять, что проклинает своих насильников. Пусть это глупо, она ведь изучала науки и знает, что этого не может быть. Но факт оставался фактом. Один — случайность, два — это возможно, но три — уже факт.
— Колдунья, только мне этого еще не хватало.
В конце сентября Оксана уехала на курсы повышения квалификации. А вернувшись, сразу села за мольберт дорисовывать заказ, который все еще не был закончен.
— Тетенька, возьмите котенка.
Возвращаясь вечером домой, к ней подошли две девочки. Они, наверное, учились в классе втором или третьем.
— Откуда он у вас?
— У нас в доме кошка в подвале живет, родила и куда-то убежала, а они все пищат и пищат.
— Возьмите, мы и корм купили, вот пакетик.
— Возьмите, пожалуйста.
— Он один был?
— Нет, три, одного дяденька взял, а другого бабушка.
— Возьмите.
Оксана даже не знала, что делать. Девочки потратили свои сбережения, чтобы купить корм и теперь искали тех, кому могли доверить котенка.
— Ну, я даже не знаю. Дай подержать.
Стоило ей взять этот пушок в руки, как он сразу заурчал.
— Вот видите, он вас сразу полюбил, так редко бывает.
— Возьмите.
— Но я не знаю, что делать.
— А мы расскажем…
И девочки наперебой стали рассказывать, что надо делать.
— Завтра обязательно купите лоток, это туалет. Если он написает или еще что-то сделает, не ругайте, вытрите, а на то место поставьте лоток. Он привыкнет к нему, и уже потом переставите куда захотите.
— Вода должна быть всегда, — тут же добавила вторая девочка. Ест мало, маленький.
— Ну что, возьмете?
Оксана думала завести кошку, но вот так сразу, даже растерялась.
— Ладно. Только давайте сделаем так. Я вам заплачу за корм, хорошо?
— Хорошо, — согласились девочки и достали два пакетика с жидким кормом. — Вот, держите. Надо покупать, это на всякий случай, все же был в подвале.
— Хорошо, спасибо вам. Ну что, Барсик, пойдем домой.
Так звали большого рыжего кота из ее детства. С ним она спала, обнималась, а тот вечно охотился на мышей и птиц, за что выслушивал от Оксаны обвинительную речь.