— Вы копируете других, — сказал Терри, — поете чужие хиты. Это могут все.
— Я говорил им, — заявил Базз тоном всезнайки.
Крис подарил ему презрительный взгляд.
— Ребята хотят слышать только это, — упрямо произнес он. — Нам бы хотелось петь свои песни.
Мистер Теренс попивал черный кофе.
— Вполне естественно, они привыкли к известным мелодиям. Но это ничего не дает. Нужен оригинальный материал. Кто-нибудь из вас может писать музыку или стихи?
Олли неловко поднял руку.
— Я сочиняю музыку, — сказал он, — но не умею писать стихи. Мелодии получаются хорошие.
Крис искренне удивился, ибо впервые услышал об этом.
— Еще кто-нибудь? — спросил мистер Теренс, не отрывая любящего взгляда от Базза.
— Ну… и у меня кое-что есть, — неохотно произнес Базз. — Может, это все и плохо, черт его знает… — и он замолк.
Крис всегда считал, что они с Баззом очень близки. А слова друга прозвучали как откровение. Черт, нужно самому высказаться.
— У меня есть много стихов, — быстро сказал он.
Теперь настала очередь Базза удивляться. Он цинично поднял брови:
— Неужели?
Раста рассмеялся и разрядил обстановку:
— Значит, вы все втайне работали. Нужно было сказать и мне. Может быть, я бы тоже придумал что-нибудь полезное!
— Это никогда не поздно, — заверил мистер Теренс, игнорируя грубый смех ребят. — Чем самобытней материал, тем лучше.
— Вот именно, — согласился Базз.
— И нам нужно поработать над вашим внешним видом, — продолжил мистер Теренс, поправляя узел на галстуке.
— Зачем? — недоумевал Крис. — Мы нормально выглядим.
— Совсем нет. На сцене вы напоминаете группу бродяг. Должно быть нечто общее, чтобы все понимали, что вы — одно целое.
— Ни за что не надену проклятый эстрадный костюм, — предупредил Базз. — Я навсегда останусь в черном.
— Все могут надеть черное, — дипломатично предложил мистер Теренс, чтобы не обидеть своего любимчика.
— Я лучше выгляжу в красном, — вмешался Раста. — Во мне и так достаточно черного, благодарю.
— У меня есть задумка, — с триумфом заявил мистер Теренс. — Черная одежда с красными шарфами, — он давно заметил, что Базз любит носить длинные шарфы, замотанные вокруг шеи.
— Я что, педик? — грубо сказал Базз. — Будем носить то, что носили.
— «Битлз» отлично смотрелись, — заметил Олли.
— Дерьмо! — хмыкнул Базз.
Мистер Теренс прилежно рассматривал ногти, накрашенные перламутровым лаком.
— Кроме того, нужно решить вопрос с инструментами, — сказал он. — И отослать вас на гастроли. Необходимо набраться опыта.
— А как насчет записей? — спросил Крис, который всегда бил в точку.
— Это не так легко, — ответил мистер Теренс. — Цели нужно добиваться. Если я пошлю вас сейчас в студию, то вас просто засмеют, — он сделал паузу и глотнул кофе. — Сначала нужно сочинить новые песни. Если у вас не получится, просто купим их. Потом вы поедете в турне и научитесь дисциплине. Это необходимо. Когда я решу, что вы способны записать пластинку, мы тут же приступим к делу.
— А как же наша работа? — серьезно поинтересовался Олли. — Мы не можем ездить по гастролям и вкалывать одновременно.
— Абсолютно верно. Это очевидно, — по-деловому заверил мистер Теренс. — Я решил стать не только вашим агентом, но и менеджером. Как агент, я буду получать десять процентов от общей суммы заработка, а как менеджер — еще двадцать пять. Я обещаю снабдить вас финансами, купить новые инструменты, автобус для путешествий по стране, костюмы для эстрады и платить приличное жалованье.
— Вот это да! — воскликнул Раста. — Такая щедрость!
Крис взглядом заставил его замолчать.
— Нам нужно обдумать это.
— Да, — согласился Базз, боясь, чтобы их не надули.
Мистер Теренс сохранял спокойствие.
— Подумайте, — сказал он. — И дайте мне знать в течение недели.
— Вы будете отбирать у нас тридцать пять процентов, — неуверенно произнес Крис, считая вслух. — Не многовато ли?
— Тридцать пять процентов от ничего, — подчеркнул мистер Теренс. — Я рискую большой суммой, не говоря уже о драгоценном времени. Дело ваше, — вздохнул он, словно был абсолютно не заинтересован. — Я думаю, у вас есть потенциал. Другие могут решить иначе.
Через неделю все четверо подписали контракты, которые связали их с мистером Теренсом на семь лет. Крис попросил маму поставить подпись, так как ему еще не исполнился двадцать один год.
Эвис явилась в кабинет мистера Теренса в лучшем желтом платье и глупой шляпке на седеющих волосах.