— Неа, не знаю, — пожала плечами Неор. — Эльфы — они все больше золотистые, хотя и у них беловолосые встречаются. Но мне больше черненькие нравятся.
— Твое счастье, — совсем уж непонятно буркнула орка.
Девица сощурила свои и без того вытянутые к вискам глаза, задумчиво потеребила самое большое из трех колечек в остром зеленом ухе и наконец выдала:
— И какого аража он просил помогать тебе?
— Кто он? — заинтересовалась Альси.
— Грейм, — Сарана тряхнула копной тонких косичек с нанизанными на них бусинами. — Хитрец и манипулятор. Не воин, но довольно смел и находчив. Умен, но явно не гений. Смеется, а в глазах грусть. Просит помощи, но не уверен, что помогут.
— Красивый? Что за помощь? — воскликнули девицы одновременно.
— Красивый, — кивнула орка. — Просил найти Неор и помочь какому-то Умнику. И задержать одну наглую стервь. Снился он мне, — тихо закончила она.
— Ой, а я вспомнила, — всплеснула руками Неор. — Мне он тоже снился. Про Умника говорил и про Ильсана. С мальчиком что-то случилось, и я могу ему помочь. Ой, а что с ним случилось? — ресницы вновь затрепетали, и слезы послушно подступили к глазам.
Орка поморщилась, совсем как дедушка, и спешно заявила, что пока ничего страшного не случилось и все в их руках.
В общем, найти общий язык оказалось не так и сложно. С оркой они заключили мир, запланировали дружбу и взаимопомощь, договорились получше расспросить белобрысого гада, который снится всем без разбора, и стали готовиться к "боевой операции" по поиску кресла.
— А какого аража нам это кресло понадобилось? — высказала дельную мысль Неор. — Мебель здесь, конечно, не ахти, но вполне терпима. Зачем тащиться за ней в древние опасные дебри?
Но Альси с Сараной ее даже не услышали, шушукаясь о чем-то интересном.
Боевая раскраска? Вот ведь. А еще подруги называются. Сами хотят накраситься, а Неор не зовут.
— Что? Разумеется, я согласна, — важно кивнула она. — Ну какая порядочная девушка выйдет на люди без косметики?
Сарана сама вызвалась наложить макияж. Ее прикосновения были мягкими и нежными, и Неор даже задремала. Очнулась от громкого изумленного возгласа.
— Араж меня задери, — расширил глаза Князь.
— Твою ж реформу, — поддакнул Советник.
— Ага, — торжествующе улыбнулась Неор.
Раскраска явно удалась.
Такин ал'Ферьон
Они ругались уже второй час, доставляя этим целую кучу проблем. Себе и окружающим. И ладно бы себе. Окружающие-то почему страдать должны? Мучиться, переживать… В Бездну Рувала этих высших. Нельзя, что ли, ругаться погромче? Не слышно ж ничего. Ну, конечно, это ж ниже их достоинства голос повышать. Они ж все такие высоконравственные и благородные.
Можно подумать, только их род ишрэ "ал" к фамилии заслужил. У Такина, чай, не хуже. А если приглядеться, то и лучше — по крайней мере, его семья знак статуса законно использует, в отличие от некоторых. А у этих… Какой "ал", там "аз" в лучшем случае, если не "ас". Насколько Ферьон знал, там были какие-то проблемы с оформлением. Так что, дорогой Координатор, не светит вам ни ишрэ "ар", ни место в Совете, как ни старайтесь.
Хотя… если династический брак и покровитель (а то и не один) в Совете, то может и получиться. А покровители явно есть. Провернуть такое в одиночку просто не под силу. Столь масштабная игра почти под самым носом Совета… — это не может быть обычным везением. Нарвис, разумеется, не показывает участникам своего лица, но догадаться нетрудно. Трудно доказать. Координатор — еще тот лис. И найти против него компромат просто нереально. По крайней мере, не с их уровнем.
Так, стоп. О чем он вообще думаю? Какой еще к аражу компромат? Оно ему надо в чужие дела ввязываться?
Правильно, к аражу и игру, и…
А может, не такие и чужие?
Иришаль не такая, как ее брат… Она хорошая и…
Нет. Что за нарф? Придет же чушь в голову.
— Не кажется ли тебе, Такин, что тебя просто-напросто купили? — улыбнулся грейм своему отражению. — И за что? За "милый мальчик", пирожки с вишней и поцелуй в лоб?
И все-таки она не такая. Повезло Умару. Мать Такина вряд ли бы явилась в Центр, выяснять, что с ним. А вляпайся он в запасной ход, еще и порадовалась бы — некому будет позорить семью. Наверняка, Умару не твердили с самого детства, что он не так сидит, не так стоит, говорит не так, одевается, смотрит. И вспоминают о нем чаще, чем раз в месяц, когда надо сопроводить мать на очередной прием, к очередной "порядочной девочке из благороднейшего рода".
Бездна Рувала. Хватит себя накручивать.