Итогом потасовки стали разорванный рукав рубашки Имара, глубокая царапина на щеке Тэунарэля, растрепанный хвост Фррра и гениальная мысль Илиаса.
— Враг моего врага — мой друг, — задумчиво почесав укушенный нос, пробормотал он.
— Чего? — не понял Имар.
— Я знаю, как перетянуть зеленого на нашу сторону.
Нарханы знали свое дело. Не прошло и часа, как зеленый попал в теплые дружеские объятия тайного сообщества. Уж что-что, а жалеть и успокаивать Имар неплохо научился. Неор умудрялась рыдать по несколько раз на дню. То платье ее полнит, то локоны недостаточно вьются, то Муравелька не так посмотрела, то канделябром по голове врезали и обозвали крысой помоечной… Стоп. Это уже Хе-Стар.
Взрослый здоровый мужчина рыдал на плече Имара будто ребенок.
Ну, на счет здорового он погорячился. Парень, оказавшийся куда старше Имара, был болезненно худ, если не сказать тощ, горящие желтым глаза глубоко запали, а единственный пучок черных волос на абсолютно лысой голове печально обвис под тяжестью привязанной к нему кучи гремящих жестянок и деревянных трещоток. Но самым больным местом Хе-Стара была голова. Нет, он не был умалишенным в полном смысле этого слова. На луны не выл и на эльфов с шипением не кидался, но и оценивать действительность адекватно не мог. Все его поступки и слова напоминали поведение маленького обиженного ребенка. Имару даже стыдно стало, что они с ним так. Гоняли, мучали, охоту вот устроили.
— А тут они, — Хе-Стар шмыгнул и вытер нос о его рубаху, — и дерууутся.
"Они" в это время сидели за задней стенкой шкафа, где, собственно, и начинался тайный ход, и втихаря хихикали. Имар даже время от времени слышал голос Клорэлла, грозно на них шикающего.
История, гонящегося за "малышом" аража, заставила Имара мучительно покраснеть.
Нарф его задери. С этой точки зрения он на проблему не посмотрел.
Прав дядя, рано ему еще в командиры. Ему еще учиться и учиться. Если б не Илиас, Имар бы даже не подумал, что мага завербовать можно. Хотя, что тут вербовать? Похоже, до него с Хе-Старом никто даже не разговаривал по душам, не то что пожалеть и понять.
— Ууууу, — продолжали ныть в его плечо.
А рубаху жалко. Выкидывать после этой операции придется. Этак, Имар никаких рубах не напасется.
— Все будет хорошо, — привычно отозвался он. — Не переживай. Ты у меня самая красивая. Хочешь я тебе новое платье куплю?
— Красивая? — опешил зеленый. — Платье?
— Ага, красивая, — прикусил губу Илиас, чтобы не расхохотаться в голос. — Душа у тебя красивая, он хотел сказать.
— Правда? — восторженно распахнул желтые глазищи чужой маг.
Или уже не чужой?
— Правда, — кивнул Имар, проклиная свою привычку и длинный язык.
— А зачем мне платье? — Хе-Стар вновь шмыгнул носом, к счастью, уже не в Имара.
— Ну… это…
— Для маскировки, — громко провыл шкаф, — чтобы враг не догадался.
— Ух ты, — обрадовался зеленый, но тут же сник. — А кто там сидит?
— Где?
— В шкафу. Злой грейм? — он опасливо отодвинулся, теснее прижавшись к Имару.
— Неа, фея, — с трудом сдерживаясь, фыркнул тот. — Фея, выходи.
В шкафу возмущенно зашуршали.
— Или хвост оборву, — ласково пообещал эльф.
В шкафу на миг наступила тишина, затем стенки затряслись, и с криком: "У, гады" — наружу… вылетела фея. Чудная маленькая фея с роскошными светлыми кудряшками, большими алыми глазами и белым пушистым хвостом. Одета она была в шелковый шарфик Неор, замотанный наподобие тоги, ее же шляпку, то и дело сваливающуюся феечке на глаза и красные туфли на высоченном каблуке, в которых Неор несколько дней назад красовалась перед Мирэйли. Мирэйли была впечатлена. Имар, впрочем, тоже.
Лишь Хе-Стар взирал на происходящее с детским восторгом.
— Так ты волшебник, — воскликнул он.
— Почему? — опешил Имар.
— Волшебные слова знаешь.
Малыш обернулся к фее, набрал в грудь воздуха и выпалил:
— Иди сюда. Или хвост оборву.