На следующий день в школе Янка и Ленка накинулись на меня с вопросами. Я не стала ничего умалчивать и рассказала им всё. Они немножко удивились такому повороту, стали меня успокаивать и настраивать, что всё хорошо будет, что всякое бывает. Но меня ничего не утешало и с Вадимом разговаривать я больше не хотела. А он сам появился в школе только в среду, целых два дня я ходила и мучилась от незнания и сомнений – будет ли Вадим еще меня приглашать встретиться? И если да, то надо ли соглашаться или нет. Ох уж эти душевные порывы и терзания юности, никакой тебе тяги к учебе и никакого аппетита из-за них прекрасных и незабываемых.
- Привет, Алеся! Ты не обиделась на меня? – очень виновато и растерянно спросил меня Вадим, когда весь класс стоял у кабинета русского и ждал звонка на первый урок. Класс был закрыт, а Раиса Николаевны всё не шла. Девахи стали сразу же на нас зыркать и подхихикивать между собой.
- Нет, - ровно и сухо ответила я.
- Прости меня, пожалуйста, я плохо поступил, конечно, но там экстренно мне нужно поехать было, тренер попросил и…
- Я слышала про это от Миши, - невежливо перебила я Вадима, а в душе была довольна его смятением и радостно понимала, что всё ещё не безразлична ему. Стеснялась только чужих глаз наших одноклассников. Особенно зло на нас глядела Надька, так и хотела загрызть меня.
- Давай поговорим, отойдём? Пожалуйста, на минутку хотя бы, - словно услышав мои мысли, попросил Вадим.
- Нет, зачем, всё понятно же, - как можно безразличнее постаралась ответить я. Тут пришла классная, открыла дверь и мы все расселись по партам, стали готовиться к уроку.
На следующих переменах Вадим опять пытался что-то объяснить, но я с напускной строгостью не шла на разговор. Ничего не могла с собой поделать. Не хотелось, не получалось у меня так легко и быстро отбросить свою обиду и начать общаться как ни в чём не бывало.
- Да чего ты ломаешься-то так? Он ведь извинился и причина у него была, - укоряла меня Ленка, - Всё уже - подержала позу немного, лицо подула и хорош, давай иди на мировую, тебе же он нравится!
- Да не знаю, как-то не по мне так, не по душе. Первое ведь наше свидание… и так меня прокатил, ладно бы ещё пятое или десятое какое-нибудь. И Мишу этого ещё прислал, стояла там перед ним как эта, стыдно так было девочки, вы не представляете.
- Да понятно, но всё прояснилось же, сколько ты так ещё будешь? – поддержала позицию Ленки Янка.
- Не знаю девочки, ничего не знаю, просто сейчас как-то не могу переступить, легко забыть.
- Ой, заморочистая ты какая-то, не как все, другая бы на твоём месте давно бы всё забыла, ещё сама бы первая к нему подошла, - всё песочила меня Ленка,
- Это точно! Надька бы долго снежной королевой ходить не стала, сама б набросилась, - со смехом сказала Янка и мы все трое захохотали.
- Хотя может именно этим ты Вадима и зацепила, только слишком не отталкивай, не перестарайся, - добавила Ленка и мы опять засмеялись. От участия и доброты девочек мне становилось легче, хорошие у меня всё же подружки!
Уроки подходили к концу, оставалось только вытерпеть физкультуру и пойти домой, вернее погулять – мы договорились с Яной и Леной. Все уже переоделись и ушли из раздевалки, только мы с подружками всё ещё торчали – Янка искала свою расческу.
- Да ты её в сумку всегда кладёшь, посмотри лучше, - сказала я.
- Да хорошо я смотрела, нет там, - ответила Янка, хотя я вообще не видела, чтобы она там искала.
- Давай я посмотрю получше, - предложила я.
- Нет, не надо, говорю же я там не нашла, - резко возразила мне Янка. Я удивилась её такой реакции, но ненадолго. В раздевалку постучали.
- Да, да, - быстро среагировала Ленка. И тут к нам вошёл Вадим, а моих подружек сразу же, как сдуло.
- Эй, вы куда, вы что, подождите меня, - залепетала я, а они лишь улыбнулись мне и вышли, сказав, что будут в вестибюле. Я ринулась было за ними, но Вадим схватил меня за руку:
- Да подожди же ты, давай поговорим, Алеся! Прошу тебя, пожалуйста! – проникновенно начал разговор он, глядя своими большими тёмно-серыми глазами мне прямо в душу, - Ну почему ты так делаешь? Я ведь не виноват, то есть виноват, конечно, но так получилось, я не мог поступить по-другому, нельзя было подвести тренера и ребят наших, прости меня, ну прости пожалуйста - он говорил всё это и смотрел до того жалостливым взглядом, что мне стало даже немножко смешно – такой большой, сильный, всегда уверенный, а тут стоит весь совсем потерянный с несмелой надеждой в глазах и не знает, как добиться моего прощения.