Вот мы уже сидели в классе после линейки, слушали Раису Николаевну, записывали расписание и распределяли пары для дежурства по классу. Дождь на улице немного усилился, звонко застучал по железному наружному подоконнику. На столе у классной стояло желтое эмалированное ведро с нашими букетами. Моего видно не было, наверное где-то в середине затиснулся. Над всеми возвышались и красовались букеты из бордовых и розовых гладиолусов, подаренные богатиками класса. Смотрелись они бесспорно эффектнее и праздничнее, чем наши скромные астры с хризантемами. «Интересно, где цветок Ксюши», - подумала я, - «Скорее всего стоит там, в глубине, совсем сдавленный и зажатый этими шикарными гладиолусами. Бедный белый цветочек. Словно белая ворона» - грустно размышляла я. Тут вдруг вскрикнул Миша, симпатичный, но слабый мальчик. По всей видимости, его ударил или тыкнул в бок сосед по парте - Игорь. Миша наклонился в сторону и прижал правый бок левой рукой.
- Да что это такое, в конце концов! Вы будете нормально слушать или нет! Еще год не успел начаться, как у вас снова шило в попе заёрзало! – закричала классная, не разобравшись. А Миша сидел со сморщенным, слегка покрасневшим лицом и продолжал держать свой бок. К счастью, Раиса Николаевна обратила на это внимание и подошла к нему.
- Что случилось, Миша? Он тебя ударил что ли? – спросила она, кивая на Игоря. Миша молчал, стараясь поменьше морщиться.
- Быстро отсел от него! Иди за последнюю парту, Игорь! Ещё раз выкинешь что-то, родителей вызову в школу, им будешь показывать что умеешь, папе особенно! – распорядилась классная. Игорь послушно и молча отсел, злобно косясь на Мишу. Учительница успокоилась и продолжила свою неинтересную речь про то, какой был сделан мелкий косметический ремонт в школе своими силами и как мы должны беречь теперь целые чистые двери в туалетах и уважать труд других.
- Вы повзрослели, а значит стали серьёзнее и ответственнее! Хулиганство и расхлябанность уже должны остаться в прошлом! - назидательно изрекала Раиса Николаевна, пристально глядя на Игоря и его дружков – Максима и Антона.
- Да мы вообще серьёзные и уважаемые люди! – чванливо и нагло заявил Игорь, - Кто нас не уважает, тот не с нами, а кто не с нами, тот против нас! – запустозвонил он снова.
- Игорь! – крикнула классная, - Хватит тут свои тары-бары разводить уже! Не о вас речь! За что вас-то уважать? Что вы сделали хорошего, умного? Кто спасибо вам может сказать? Я говорю, что надо уважать труд других людей! Учителя наши, физрук Анатолий Иванович, трудовик наш Александр Степанович наладили всё, постарались, чтобы вам же приятнее находиться в школе было. Так, ладно, теперь последнее…
- Зря-я-я, зря вы так, уважаемая Раиса Николаевна, нас очень даже есть за что уважать, - перебил классную Игорь, - Всегда нам пацаны спасибо говорят за помощь, за…
- Ну-ка замолчи сейчас же! Первое сентября, а он уже рисуется здесь сидит, взрослого человека перебивает! С отцом завтра же в школу приходите! А нет, так я сама в выходные к вам приду побеседовать! Понятно!!! – вышла из себя Раиса Николаевна. Игорь, немного побледнев, стих.
Что он, что Олег – его старший покровитель и друг, отцов своих боялись. Те в тонкостях педагогики не разбирались, работали на тяжелых производствах, и воспитывали своим методом, не трудно догадаться каким… И каждый раз, после родительского собрания, эти друзья-товарищи смирнели ненадолго, ходили по школе как-то угловато, медленно, но потом снова распускали своё хамство и кулаки.