– Мы организуем твой отход…
– Лучше сообщите упырихе, что я еду.
Светлана протянула руку, легонько коснулась моей ладони:
– Ты уходишь насовсем?
– До утра,– сказал я.
– Я не хочу,– просто сказала девушка.
– Знаю.
– Кто ты?
Экспресс-посвящение в тайны мироздания? Дубль два?
– Я расскажу утром. Хорошо?
– Ты сошел с ума,– донесся голос шефа.
– Тебе действительно надо уходить?
– Только этого не говори! – крикнула Ольга. Она почувствовала мои мысли.
Но я сказал:
– Света, когда тебе предложили искалечить себя, но продлить жизнь матери, когда ты отказалась… Это было правильно и разумно, так ведь? Но сейчас тебе плохо. Так плохо, что лучше было бы поступить неразумно.
– Если ты сейчас не уйдешь, плохо будет тебе?
– Да.
– Тогда иди. Только вернись, Антон.
Я встал из-за стола, оставив остывший чай. Вихрь инферно покачивался над нами.
– Обязательно приду,– сказал я.– И… поверь, еще не все потеряно.
Больше мы не сказали друг другу ни слова. Я вышел, начал спускаться по ступенькам, Светлана закрыла за мной дверь. Какая тишина… мертвая тишина, даже собаки устали скулить в эту ночь.
Неразумно. Я поступаю неразумно. Если нет этически правильного выхода – поступай неразумно. Мне это кто-то говорил? Или вспомнилась строка из старых конспектов, фраза из лекции? Или я подбираю себе оправдания?
– Воронка...– прошептала Ольга. Голос был почти незнакомый, севший. Захотелось вжать голову в плечи.
Я толкнул подъездную дверь, выскочил на обледенелый тротуар. Белая сова комком пуха кружила над головой.
Вихрь инферно уменьшился, присел. Ненамного, по сравнению с общей высотой, но уже заметно для глаз, метра на полтора-два.
– Ты знал, что это произойдет? – спросил шеф.
Покачав головой я смотрел на вихрь. Да в чем же тут дело? Почему на появление Игната, специалиста по приведению людей в благостное расположение духа, инферно отреагировало усилением, почему мой сумбурный разговор и неожиданный уход снизили воронку?
– Группу аналитиков пора разгонять,– сказал шеф. Я понял, что это уже было сказано всем, не мне одному.– Когда у нас будет рабочая версия происходящего?
Машина вынырнула откуда-то с Зеленого проспекта, обдала меня лучами фар, скрипнула шинами, неуклюже переваливаясь через бугры разбитого асфальта, остановилась у подъезда. Приземистый спортивный кабриолет теплого оранжевого цвета был нелеп среди унылых панельных многоэтажек, в городе, где лучшим видом транспорта по-прежнему оставался джип.
Семен высунулся с места водителя, кивнул:
– Садись. Приказано доставить тебя с ветерком.
Я оглянулся на Ольгу, и та почувствовала взгляд.
– Моя работа здесь. Езжай.
Оббежав машину я сел на переднее сиденье. Сзади развалился Илья, видимо, шеф счел нужным усилить пару Тигренок-Медведь.
– Антон,– догнал меня сквозь сумрак голос Ольги.– Помни… ты сегодня задолжал. Держи это в памяти – каждый миг держи…
Я не сразу понял, о чем она говорит. Ведьмочка из Дневного Дозора? Да при чем тут она?
Машина рванула, задевая днищем ледяные надолбы. Семен вкусно выругался, крутя руль, с негодующим ревом двигателя машина поползла к проспекту.
– У какого полудурка вы взяли тачку? – спросил я.– В такую погоду на ней…
Илья хихикнул:
– Т-с! Борис Игнатьевич одолжил тебе свой автомобиль.
– Правда, что ли? – только и просил я, оборачиваясь. На работу шефа возил служебный «БМВ». Вот уж не замечал в нем тяги к непрактичной роскоши…
– Правда. Антошка, как ты его? – Илья кивнул в сторону высящегося над домами вихря.– Не замечал у тебя подобных способностей!
– Я его не трогал. Только с девушкой говорил.
– Говорил? А трахнуть – трахнул?
Это была обычная манера общения Ильи, когда он от чего-то напрягался. А уж поводов для волнения у нас сейчас было хоть отбавляй. И все же я поморщился. То ли нарочитость какую-то поймал в словах… то ли просто резануло.
– Нет. Илья, не надо так.
– Извини,– легко согласился он.– Так что ты сделал?
– Просто поговорил.
Машина наконец-то вырвалась на проспект.
– Держитесь,– коротко велел Семен. Меня вжало в кресло. Илья сзади возился, доставая и раскуривая сигарету.
Секунд через двадцать я понял, что предыдущая поездка была неторопливой увеселительной прогулкой.
– Семен, вероятность аварии убрана? – крикнул я. Машина неслась через ночь, будто пыталась обогнать свет своих фар.
– Я семьдесят лет за рулем,– презрительно бросил Семен.– Я по Дороге Жизни грузовики в Ленинград водил!
Сомневаться в его словах не приходилось, и все же я подумал, что те поездки были менее опасными. Скорости не те, предугадать падение бомбы для Иного – не проблема. Машины сейчас попадались пусть нечасто, но попадались, дорога была, мягко говоря, отвратительной, наш спортивный автомобиль для подобных условий никак не предназначался…
– Илья, что там произошло? – пытаясь оторвать взгляд от увиливающего с нашего пути грузовика, спросил я.– Ты в курсе?
– С вампиршей и пацаном, что ли?
– Да.
– Глупость наша, вот что произошло,– Илья ругнулся.– Хотя и глупость относительная… Все было нормально сделано. Тигренок и Медведь представились родителям мальчишки дальними, но любимыми родственниками.
– «Мы с Урала»? – спросил я, вспомнив курс по общению с людьми и варианты знакомства.
– Да. Все шло нормально. Застолье, пьянка, поедание уральских деликатесов… из ближайшего супермаркета…