–Привет!– в дверном проеме возникло радостно расплывающееся лицо Арсения. – Чем вы тут занимаетесь? Наверное, перемываете мне кости?
Подойдя к матери, Арсений чмокнул ее в щеку, после чего подошел к тетке и, поцеловал ее в макушку. Исполнив долг любящего сына и племянника, Арсений, продолжая радостно улыбаться обеим родственницам, плюхнулся на диван.
–Твоя мать рассказывала о твоей очередной, как она выразилась, пассии. Ужасной девице, которая тебя окрутила,– ухмыльнулась тетка. – Правда они настолько часто у тебя меняются, что удивляюсь, как она вообще их различает.
Арсений засмеялся.
–Мам, это ты о Крис, что ли?– он пожал плечами. – Не знаю, что тебе в ней показалось таким уж ужасным.
–О боже! Крис! Что за вульгарное имя?! Как будто собачья кличка,– Агнесса Родионовна вновь изобразила на лице страдание и прижала тонкие пальцы к вискам, не забыв аристократично оттопырить мизинчик. – Когда во время нашей встречи, я пыталась, ради приличия, поддержать с этой девушкой разговор, на мой вопрос какие постановки ей больше всего понравились за последнее время, она ответила, что в Милане ее очень впечатлил показ от Валентино, а в Париже она была просто в восторге от Готье. Вы представляете?!
Фаина Родионовна, в очередной раз ухмыльнулась, а Арсений беззаботно рассмеялся.
–Да, брось, мам. Сейчас мало кто из молодых девушек любит театр. В этом нет ничего страшного. А так, Крис… извини, Кристина, конечно, немного ммм… взбалмошная. Может, любит иногда покапризничать.– Арсений легкомысленно махнул рукой.– Но, согласись, она очень привлекательна. Следит за собой. Прекрасно танцует. Нормальная современная девушка.
–Непонятно, чем тебе так уж не угодила эта Крис,– насмешливо посмотрела на сестру Фаина Родионовна.– По-моему, у вас с ней много общего,– пожимая плечами, добавила она. – Ну, разве что театр не любит. На это ведь не преступление, в конце концов.
Агнесса Родионовна одарила сестру сердитым взглядом.
Нежно улыбнувшись матери, Арсений подцепил со стоявшего на столе блюда, пирожок, и с невозмутимым видом принялся его жевать.
– Вобщем, тебе не о чем волноваться, мам,– с набитым ртом сказал он.
Агнесса Родионовна поджала губки.
–Посоветуй ей носить юбки хоть чуть-чуть длиннее, тех, что она носит. А то создается впечатление, что она вообще забывает их надевать,– сказала она холодно.
–Сейчас все так ходят,– все также беззаботно ответил Арсений. Дожевав пирог, он обратился к тетке: – А у меня, между прочим, появилась отличная идея.
Расплывшееся до ушей лицо, буквально сияло. Фаина Родионовна нахмурила брови и скептически хмыкнула.
–Я еще после твоей последней гениальной идеи, с этим радиоведущим, не отошла. Может, пожалеешь меня старуху и прибережешь все новые на потом.
Арсений радостно засмеялся.
–Да, брось. Сколько уже можно дуться? Ну, признай, что идея с книгой Стрельникова – это отличный ход для издательства. Ну! Не вредничай.
–Я уже давно выросла из детского сада, чтобы дуться и вредничать,– сказала Фаина Родионовна. – Я по-прежнему не нахожу эту идею удачной.
Арсений пожал плечами. Что ж, каждый имеет право на собственное мнение.
–Надеюсь, моя новая идея не вызовет у тебя такого скептицизма и ты оценишь ее по достоинству.
Фаина Родионовна сердито посмотрела на племянника.