––
Вечером Маша, все же решила почитать то, что прислал Арсений. Совсем чуть-чуть и в последний раз. Следующую рукопись, отправленную им, она просто удалит не открывая.
Поставив ноутбук на диван, Маша открыла письмо с файлом книги, присланной Арсением.
Произведение позиционировалось автором ни много, ни мало, как роман. Причем, по объему роман был и впрямь довольно внушительным. Стараясь абстрагироваться от несколько дурацкого названия «Тайны Крекшино», Маша принялась за чтение, прикидывая, на сколько страниц ее хватит. Но, вообще, написано было не плохо. Вполне приятный язык, да и действие живенькое и вполне увлекательное. Описываемые события происходили в глубинке, в селе Крекшино. Возможно, название населенного пункта, что-то значило для автора, может в детстве к бабушке ездил, или студентом на картошке там побывал и остались романтические воспоминания, но вполне возможно, конечно, что просто ткнул пальцем в карту или в газете на глаза попалось это самое Крекшино. Это было не важно. Гораздо более значимо было то, что происходит с героями. Их переживания, взаимоотношения, поступки, характеры. В общем-то, довольно незамысловатый сюжет и вправду увлекал. И герои «ложились на душу», заставляли сопереживать. Парень, работающий пастухом, красивый, бедный, но гордый, влюбился в дочь, естественно, распрекрасную красавицу, богатого и заносчивого землевладельца. У которого, в этом самом Крекшино, все было схвачено. Богатая красавица, ответила молодому человеку взаимностью. Еще бы, он парень хоть куда, а про деньги она, выросшая при богатом папе, и думать не думает. Их у нее полно и материальные трудности ей не знакомы. Есть у нее и наряды, и все, что нужно молодой девушке, а сердце любви хочет, страсти. А тут еще тетка одна, тоже при деньгах, богатая вдова, явилась в это Крекшино и поселилась по соседству от владений богатого папаши. И тоже любви хочет, ей тоже деньги не нужны, свои девать некуда. Ей пастуха молодого, красивого подавай. Девушка ревнует, страдает, извелась вся, чахнет на глазах. Папаша что-то такое заподозрил и дочку свою быстренько под домашний арест, от греха подальше. Сиди мол дома, нечего шастать со всякими нищебродами, не нашего они поля-ягода. Богатенькая вдова вокруг бедного пастуха вьется, хороводы водит, пытается его переманить у молоденькой, запертой дома красавицы. А папашка присмотрел для дочери подходящего жениха, с положением и должностью. И только старший брат девушки, каким-то чудом, не испорченный папиными деньгами, душа человек, хороший парень, на стороне влюбленных. Помогает им, устраивает для них тайные свидания, чтобы они совсем уж не зачахли от своей несчастной любви. Примерно с пятнадцатой страницы у Маши в голове начала назойливо и неотступно крутиться мысль, что она это уже читала. Нет, ни прямо вот это, конечно, про Крекшино, про которое она раньше никогда в жизни не слышала. Но история любви пастуха, с нетипичным для глубинки, можно сказать, аристократичным именем Марк к юной красавице, дочери богатого отца, Лизе, и даже богатая, воспылавшая страстью к пастуху землевладелица Дарья, которую все в книге называли Дорой. И брат, рубаха парень, и жених этот противный, сговорившийся с папашей. Вот что-то прямо очень-очень похожее по сюжету и даже созвучное с именами главных героев уже точно было. И дело вовсе не в том, что сюжет про любовь, бедность и богатство, невозможность влюбленным быть вместе и т.д. и т.п. типичен и даже банален. Нет. Просто Маша совершенно точно была уверена, что знает, что произойдет дальше. Прокрутив текст еще немного вперед, Маша выделила небольшой кусок и открыв программу, помогающую распознавать плагиат вставила в нее выделенный текст.
«…Не желая больше оставаться на балконе и ломать себе голову в догадках, Колашин решил спуститься вниз и разбудить охрану. Он уже поднял руку с перил и собрался идти, когда до него долетел новый звук, заставивший его снова наклониться и посмотреть в сад. Это был звук открываемого окна. Он раздался внизу, почти под тем местом, где стоял Колашин. Когда он перегнулся через перила, чтобы узнать, в чем дело, лицо его стало бледным, как луна, которая освещала его; сердце болезненно сжалось. Окно было открыто в комнате Лизы. Он знал это. Девушка уже стояла на ступеньках лестницы, ведущей в сад, и, видимо, собиралась спуститься… В белом, падающем свободными складками платье, она напоминала прелестную нимфу ночи, которую луна одела серебристым сиянием. Колашин сразу понял, что ее появление как-то связано с человеком, которого он заметил в саду. А кем мог быть этот человек? Кем, как не проклятым пастухом! Тайное свидание! В этом не могло быть никаких сомнений – белое платье бесшумно мелькнуло в саду и исчезло в тени деревьев. Словно пораженный громом, Колашин стоял в каком-то оцепенении. Только после того, как белое платье исчезло в саду, и послышался тихий разговор, долетавший из-за деревьев, он пришел в себя и решил, что надо действовать. Он уже не собирался никого звать – во всяком случае, не сейчас. Он первый должен стать свидетелем позора этой дряни – и тогда… и тогда… В эту минуту он не был в состоянии строить какие-то определенные планы; и, слепо следуя своему гнусному порыву, он второпях вышел из своей комнаты, дошел до лестницы и спустился в сад. Его охватила неожиданная слабость – у него даже подкашивались ноги, когда он спускался по каменной лестнице. Они продолжали дрожать, и когда он спешил по дорожкам сада, и когда он, прокравшись за ствол дерева, никем не замеченный, наблюдал сцену, которая ранила его в самое сердце.