После того как Кешка починил машину, которую сосед, отчаявшись разобраться сам, уже готовился отогнать в автосервис, тот сильно его зауважал, решив, что не такой уж и бесполезный Кешка человек. Колоть дрова любой дурак может, тут сноровка нужна. А вот машину починить это уже дело другое. Тут нужно соображать, разбираться, что и как. У соседа в городе жил приятель, с которым они вместе служили в армии. А приятель этот владел парой автосервисов. Вот к этому приятелю и обратился Кешка в поисках работы. Хозяин автосервиса, наслышанный от друга о том, какие у Кешки золотые руки, в плане ремонта машин, решил попробовать его в деле. Через пару дней Кешка был официально принят на работу.
За четыре года работы, Кешка обзавелся постоянной клиентурой. Стал неплохо зарабатывать и, казалось бы, вполне мог бы быть доволен тем, что все в жизни сложилось более-менее удачно. Но обманутые мечты, в результате трагедии, произошедшей с профессором Подгородецким, как незаживающая рана терзали Кешкину душу, не давая покоя, не позволяя почувствовать удовлетворение и насладиться тем хорошим, что у него в жизни было.
Как-то после работы Кешка зашел пропустить кружечку пива в небольшой бар, располагавшийся по пути к его дому. Обычно Кешка в разговоры с другими посетителями не вступал, предпочитая посидеть за столиком в одиночестве. Но в этот вечер народу в баре собралось много, все столы были заняты и Кешке, волей-неволей пришлось подсесть за столик к немолодому коренастому рыжеусому дядьке, показавшемуся Кешке более спокойным, чем остальные посетители. Кивнув соседу, Кешка потихоньку потягивал свое пиво. Рыжеусый, судя по всему, пил уже не первую кружку. Глаза поблескивали, на щеках розовел румянец. Очевидно, мужичку захотелось общения. Представившись Кешке, он отметил, что пиво в этом баре отличное. Разговор ни о чем плавно перешел в беседу «за жизнь». Случайный знакомый поинтересовался, чем Кешка занимается, и Кешка ответил, что работает автослесарем в автосервисе. Так как Кешка тоже пил уже третью кружку пива, ему тоже захотелось поболтать, с оказавшимся на удивление приятным в общении, соседом по столику. Он сообщил новому знакомцу, что вообще-то, по образованию он историк, но жизнь так сложилась, что с выбранной профессией ничего не вышло. А потом, вконец разоткровенничавшись, поведал свою грустную историю. Выпивка вообще способствует откровенности и многословности, а симпатичному собеседнику сам бог велел поведать о том, что тревожит и, то и дело, бередит душу. Брови рыжеусого удивленно поднялись вверх, а губы растянулись в улыбке.
–А мы ведь с профессором-то соседями были,– ухмыльнулся он.– Я ведь в селе-то нашем, считай, тридцать с лишним лет был участковым. Это я сейчас, как на пенсию вышел, так к сестре в город перебрался. А так всю жизнь в селе прожил. И дело профессора через мои руки прошло. Ну, вернее, мы подозреваемого в убийстве профессора задерживали, а потом-то этим делом уже следственная группа занималась. А профессор он мужик хороший был. Все тогда его жалели.
Кешка во все глаза смотрел на своего нового знакомца. Надо же, как мир тесен и какое странное, можно сказать, удивительное совпадение.
–Я каждый раз, когда думаю, как нелепо все получилось, у меня просто все внутри переворачивается. Какой-то наркоман, ничтожество, мразь такого человека загубил ради нескольких сотен…– Кешка махнул рукой, и наклонившись к своей кружке, сделал глоток. Воспоминания вновь нахлынули на него, наполняя душу горечью, сожалением и негодованием.
Бывший участковый, совсем уже раскрасневшийся, с замутившимся от выпивки взглядом, наклонился через стол к Кешке.