–Я тебе парень, вот что, скажу,– он поманил Кешку рукой и Кешка тоже склонился над столом.– Наркоман тот профессора не убивал.
Бывший милиционер многозначительно покивал головой.
–Вот так вот. Не знаю, кто убил, но не он. Хоть его и посадили за это убийство.– Кешкин знакомец вздохнул.– Не было у меня доказательств, да и никто и не хотел ни в чем разбираться. Следователь только рад был, что убийцу сразу же задержали. Но я тебе точно говорю – не он это.
Кешка сидел не в силах пошевелиться. Он с изумлением смотрел на старого служителя закона, а мысли в его голове проносились с невероятной скоростью. Вот оно, то чего ему не хватает в жизни. Да, с наукой не сложилось, жизнь вновь показала свое истинное лицо, обошла его своей милостью, даже ради этого разыграв страшную трагедию. Но слова отставного милиционера дали Кешке некий толчок, явились путеводной ниточкой, указывающей нужное направление. Возможно, главное его предназначение в жизни – не заниматься наукой, как он считал, а найти того, кто совершил преступление. Призвать истинного убийцу к ответу, заставить понести наказание. Кешка не сводя зачарованного взгляда с милиционера, прошептал:
–А Вы можете мне помочь посмотреть материалы по делу профессора.
Рыжеусый хмыкнул.
–А на кой тебе материалы?
–А я решил написать книгу об этом деле, сказал Кешка.
Бывший участковый помотал головой.
–Ишь ты, книгу. Ну да ты парень образованный, умный, сразу видно. Ну, давай пиши, отчего бы и нет. Чем смогу помогу.– Он подмигнул мутноватым взглядом.– Может, и до истины докопаешься. Кто знает. Хотя навряд-ли. Дело-то давнишнее. Уж больше шести лет прошло.
Распрощавшись с новым знакомым, окрыленный своей идеей Кешка, отправился домой. Новый знакомец обещал переговорить с бывшими коллегами, работающими в полиции и в ближайшее время позвонить.
Бывший участковый, Иван Федорович Левицкий, как звали нового Кешкиного знакомого, объявился через три дня. Кешка уже не на шутку волновался, что старик вообще либо забудет про их разговор, либо плюнет на данное с пьяных глаз обещание, не желая заниматься всякой ерундой.
–Здорово, Иннокентий,– пробасил бывший милиционер в телефонную трубку. – Переговорил я с одним знакомым, он, по старой памяти, естественно, под мою ответственность, разрешил гм… позаимствовать материалы по делу из архива. На пару дней. Хватит тебе два дня на изучение?
–Да!– выкрикнул Кешка, готовый, начать прыгать до потолка, от услышанной новости.
Кешка решил сделать ксерокопии с каждой страницы по делу, чтобы потом без спешки все подробно изучить.
–Только там навряд-ли есть что-то, что может тебе помочь,– сразу предупредил Иван Федорович. – Все было и впрямь так, будто наркоман виноват. Никаких других зацепок. Да и улики указывали на наркомана. Так вот…
–Ничего. Мало ли, вдруг какая-нибудь мелочь натолкнет на нужный след,– с полной серьезностью сказал Кешка. Участковый ухмыльнулся.
–Ну, дерзай, Шерлок Холмс. Потом поведаешь, если и впрямь, что найдешь.
С момента получения материалов по делу, Кешка все свободное время проводил за их изучением. Разложив листы с ксерокопиями перед собой на большом письменном столе в комнате, которую Ниночка называла Кешиным кабинетом, Кешка часами читал, перекладывал в новом порядке информацию, собранную в деле. Информации, на самом деле, было не так много. Вскоре Кешка уже знал все содержимое наизусть. Кешка не нашел никаких зацепок, как и предупреждал участковый, но вовсе не отчаялся, а решил, что пора обратиться к новым источникам информации.
В ходе своего расследования Кешка неоднократно посетил поселок, в котором жил и был убит профессор Подгородецкий. Разговаривал с соседями профессора и предполагаемого убийцы. Одни охотно отвечали на вопросы чудаковатого парня, интересующегося давней трагедией, другие относились с подозрением, были и такие, кто откровенно посылал доморощенного сыщика. Побывал Кешка и в университете. Даже встретился с сестрой Подгородецкого, проживавшей в соседнем городке. Старушка была явно обрадована возможностью поговорить с бывшим студентом брата. Много рассказывала о его жизни, о том, как он с детства был увлечен историей, как родители гордились его первыми научными трудами. Растрогавшись проявленным Кешкой вниманием, она даже подарила ему дневник профессора, который он вел на протяжении нескольких последних лет жизни. Дневник Кешка пообещал вернуть. Все-таки память о брате. Одним словом, Кешка за полгода провел такое полномасштабное расследование, что на столе у него скопилась целая груда бумаг, так или иначе связанных с этим делом. Выводы, установленные факты и предположения Кешка подробно записывал в отдельную тетрадь.