Первые две пары прошли на удивление тихо. Ещё вчера, с момента, как покинула лазарет, я ждала какой-то гадости. Мне не верилось, что самовлюблённые гады простят мне такое. Гордыня вперёд них родилась, а я так потопталась по ней словесно. Боюсь, меня ждёт крайне неприятная расплата.
Но ни вчера, когда мне позволили покинуть лазарет, ни сегодня ничего не происходило. Конечно, косились на меня все, кому не лень. Оно и не удивительно, после событий, в центре которого меня угораздило оказаться.
Тишина пугала даже больше открытых насмешек. Постоянно озиралась в любой момент ожидая подлостей и гадостей, но всё было спокойно. На обед направлялась в обществе Джали, всё так же настороженно озираясь. В пути её перехватило двое соплеменников, какие-то внутрирасовые вопросы. Пришлось дальше идти одной. Подруга пообещала быстро управиться, но мне всё равно стало крайне неуютно в толпе без её поддержки. Взяла обед и выбрав свободный стол направилась кнему. Пусть я ежеминутно ожидала неприятностей, всё равно упустила момент. Поднос внезапно дёрнулся в руках и всё содержимое оказалось на мне. Вокруг послышались уже привычные насмешки. Мысленно послав всех во Мрак, отправилась в туалет, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Ещё один стимул поскорее освоить магию хотя бы на начальном уровне — бытовые заклинания. Владей я ими, легко бы очистила одежду, а так только замывать пятна.
Как назло, ближайший женский туалет оказался на ремонте. Пришлось бежать к другому, который находился у главного холла. Игнорируя хамоватые комментарии, пронеслась по коридорам и забежала в вожделенную комнату. Только захлопнув за собой дверь, осознала свою ошибку.
В помещении я была не одна. Мне подготовили ловушку. Метнулась назад к двери, но она ожидаемо оказалась закрыта. Изнутри начала подниматься паника.
— Уже уходишь? — протянул граф Ольский. — Что это за выражение на твоём личике? Неужели испуг? Где же вся твоя дерзость, Илейра?
— Что вы хотите? — произнесла дрогнувшим голосом.
На лицах графа, братца и двух их приятелей расползлись одинаковые улыбки, которые мне очень не понравились. Предвкушение, торжество и что-то тёмное, жутко пугающее притаилось на дне их глаз.
— Ты же не думала, что твоя выходка сойдёт тебе с рук? — гадко хмыкнул граф. — Хамила, будучи обычной замарашкой. Оскорбляла нас, урождённых аристократов. Напала и даже ранила одного из нас. А ведь я всего-то хотел немного ласки от красивой девушки, но ты не захотела по-хорошему. За всё надо платить, милая. И ты заплатишь, всем четверым по очереди. Держите её!
Двое парней, имён которых я так и не узнала, приблизившись схватили меня за руки. Всеми силами пытаясь вырваться, закричала зовя на помощь хоть кого-то.
— Не ори, — жестко выдал граф, ухватив меня за подбородок. — Никто тебя не услышит. Полог тишины не позволит.
— Отпустите, — пропищала, чувствуя, как меня начинает трясти от ужаса.
— После всего, что ты сделала? — хмыкнул он.
— Простите, — всхлипнула я, задыхаясь от безвыходности положения. — Я больше не буду.
— У-у-у! Парни, она так больше не будет, слышали? — захохотал граф. — Конечно не будешь. Мы преподадим тебе такой урок, что раз и навсегда отобьёт желание перечить достойным людям.
Одним движением он разом сорвал форменный пиджак и блузку, только рукава повисли на зажатых руках, и те, молчаливые палачи быстро стянули, так и не дав шанса вырваться. Ещё один рывок, как не стало юбки. Стояла перед подонками в одних лишь панталонах и короткой нательной маечке, задыхаясь от рыданий.
— А фигурка у тебя что надо, — похабно оскалился граф. — Тонкая талия, упругая грудь, длинные ноги. М-м-м, конфетка.
Всё эти слова, он сопровождал движениями рук, бесстыдно лапая моё тело. Отчаяние было столь велико, что сейчас я бы не раздумывая согласилась даже на новый выплеск магии, что гарантированно убил бы меня. Лучше умереть, чем быть изнасилованной группой мразей, среди которых родной брат. Увы, даже это оказалось невозможно. Магия билась о стенки клетки, которой благодаря зелью оказалось моё тело, и не могла пробиться наружу.
Возникла даже мысль сознаться в родстве с Щаоном, пусть лучше меня уничтожит герцог Эрвейский, но даже этого граф мне не дал, затыкая рот слюнявым поцелуем. Его дружки не сильно отставали, скользя лапами по телу, вызывая омерзение.