* * *
— Мамочка, ты хочешь, чтобы у нас был новый папа? — спрашивает Кевин, заглядывая мне своими глазами прямо в душу.
— Нет, милый, что ты, — улыбнулась я сыну. — Дядя всего лишь друг, который зашёл в гости.
Выглядеть старалась расслабленной, а внутри всё кипело. Остин явно не понимает отказов, да и соблюдение границ не для него. Несколько дней назад, после почти двухнедельной осады, я совершила ужасную ошибку, согласившись пойти с ним в кафе рядом с работой. Надеялась, удастся донести, что отношения с ним или с кем-то другим в мои планы не входят, а Остин, похоже, воспринял это как хороший знак, наплевав на всё мною сказанное.
Как я и думала, не Кристина сказала ему, где я работаю. Он самостоятельно выяснил, где я работаю, живу, мой номер телефона и адрес электронной почты. Это пугает. Не сразу, но ко мне пришло понимание: Остин так просто меня в покое не оставит.
И вот сегодня он решил наведаться ко мне домой, видимо, решил, что раз пошла с ним в кафе, то теперь он имеет право на подобные визиты. Сказать, что, открыв дверь и увидев гостя, я остолбенела, не сказать ничего. Отчаянно хотелось захлопнуть дверь перед его носом, послать нецензурно куда подальше. Какая наглость! Хотя то, что Остин от скромности не умрёт, я поняла ещё в начале этой эпопеи недоотношений.
Преодолев первые порывы, стиснув зубы, пригласила Остина в квартиру. На тот момент я собиралась купать Кевина, прежде чем укладывать его спать. Планы менять я и не подумала, потому, оставив Остина на диване, отправилась, как и собиралась, в ванную.
Кто же знал, что наглость своего «дорогого» гостя я так недооценила! Он вломился в ванную с идиотским: «Никки, я решил, пока ты занята, сделать чай, но не могу найти сахар». Ну да, так я и поверила, что ты из-за сахара влез без стука! Надеялся застать меня раздетой или около того? А вот дудки! Пусть Кевин, расшалившись, и забрызгал меня, но я, к явному разочарованию Остина, была полностью одета. Правда, топ, намокнув, не совсем прилично обрисовывал грудь, но и чёрт с ним.
Но самое паршивое, что теперь моё солнышко думает, будто я ищу ему нового папу. И не думала, не до того. Приятно лишь, что попытка Остина подкупить Кевина игрушкой потерпела фиаско. Мой маленький воин, вежливо кивнув, принял машинку с моего разрешения, а после отнёс её к кучке других.
— А когда я увижу папу? — спросил тем временем Кевин, перебивая поток мыслей.
Сердце сжалось, в горле встал плотный неприятный комок. Кевин ещё совсем маленький и, естественно, он быстро забывает плохое. Сейчас он уже плохо помнит, что творил Том, и скучает по нему. Как же объяснить ребёнку, что папу он, если повезёт, больше никогда не увидит?
— Родной, помнишь, как папа много ругался? — спросила осторожно и, дождавшись неуверенного кивка, продолжила: — Так вышло, что мы с ним больше не можем жить вместе. Ему будет лучше без нас, сердить не будем, а нам без него.
— Он нас больше не любит? –грустно выдал сын.
— Любит, — выдавила я с трудом. — Но иногда этого мало.
— Мам…
— Времени уже много, — оборвала я поток вопросов. — Тебе давно пора спать. Ты и так сегодня заигрался, молодой человек.
Словно по команде, Кевин широко зевнул и потребовал сказку. Пока тихо рассказывала о приключениях храброго рыцаря, спиной ощущала взгляд Остина, от которого мне было очень не по себе. Черт бы побрал эту квартирку, где изолированы только туалет и ванная!
Вскоре сын заснул и я, поцеловав его в лоб, не смогла сдержать грустной улыбки. Вопросы, подобные недавним, неизбежно будут возникать, каждый раз разбивая мне сердце. Невозможно объяснить такой крохе, почему мне пришлось бежать, не разбирая дороги, и лишить его отца. Почему счастливая семья — это не про нас.
— Зачем ты пришёл? — зашипела я на Остина, когда отошла от кровати Кевина.
— Не поверишь, соскучился, — ухмыльнулся он, но, видя мой мрачный взгляд, резко стал серьёзным. — Мне нужно серьёзно поговорить с тобой, Никки.
Серьёзно поговорить? Но где? Тут рядом ребёнок спит.
— Выйдем на улицу, — произнесла я, не ожидая от грядущего разговора ничего хорошего.
— Как скажешь.
Оставлять Кевина одного было немного тревожно, но он уже давно спал хорошо, крепко, что сложно разбудить. Мы зашли в небольшой тупичок в кустах, рядом с домом. Тут можно поговорить и не опасаться лишних «ушей».
— Я слушаю, — как бы я не старалась выглядеть дружелюбной, вышло нервно.
— Да брось, ты давно знаешь, чего я хочу, — вздохнул Остин. — Я уже почти три недели бегаю за тобой, как какой-то юнец, а ты всё нос воротишь, Никки. Или лучше звать тебя — Роуз?