— Ты возненавидишь меня, — произнесла горько.
— Так я могу остаться? — обаятельно улыбнулся этот сумасшедший.
— Наверху есть свободная спальня, — отозвалась я.
Дэн пошёл к своей машине за вещами, а я обессиленно опустилась на диван, презирая себя за слабость и эгоизм. Ведь рано или поздно это случится — Дэн начнёт проклинать моё имя за то, что из-за желания быть со мной бросил всё, а не получил взамен ничего, кроме проблем.
Глава 7
— Ты ума лишилась! — ахнул Дэн. — Том тебя там мигом найдёт, после чего превратит твою жизнь в ад!
Такова была его реакция на моё решение тихо вернуться в Нью-Йорк, затаиться там на какое-то время, а когда Том найдёт, встретить его как полагается.
— Да нет, я как раз всё обдумала, — вздохнула я и посмотрела в глаза Дэну. — Подумай сам, во-первых, он ищет меня по всей стране. Сто процентов Нью-Йорк: ни Том, ни его шакалы даже не рассматривают его в качестве места, где я могу быть. А во-вторых и главных, я устала бегать. Если я не дам ему отпор, не поставлю в этой истории точку, это никогда не прекратится. Мне надоело бегать, да и для Кевина это плохо. Ему нужно постоянство, друзья, а не постоянные переезды и нервотрёпка.
— Как ты хочешь дать отпор Тому? — скептически поинтересовался Дэн. — Задушишь его моралью? Попытаешься запугать законом? А может, вызовешь на честный бой?
— И вызову, — произнесла я мрачно.
— Ты точно не в себе, — покачал он головой. — Кому, как не тебе, знать, что Тому чужды понятия честно-нечестно? К тому же, он мужчина, он физически сильнее. Да и не придёт он к тебе лично, а пришлёт каких амбалов.
— Он придёт, — усмехнулась я. — Я знаю Тома. Это Сиэтл был далеко, и он захотел поймать меня чужими руками, боялся, что сбегу, а в Нью-Йорке он придёт, чтобы лично меня забрать и показать, что бывает за непослушание.
Я не рассказывала Дэну, что ещё с Сиэтла, со знакомства с Остином усердно занимаюсь самообороной. Это было одним из тех «капризов», что я позволила себе в отношениях с богатым мужчиной — тренер по искусству самозащиты.
Более-менее успокоившись и оглядываясь назад, я скрипела зубами с того, какая я жалкая. Ведь я ни разу не попыталась дать ему отпор! Только зажималась, закрывалась и взывала к несуществующей совести Тома. Я так больше не хочу. За свой приступ паники, когда думала, что скоро попаду в руки мужа, тоже было стыдно. Потому, ожидая Дэна, продолжила заниматься. Сама по самоучителям из книг и Интернета. Это, конечно, не живой мастер своего дела, но всё лучше, чем ничего. Ещё обратила усиленное внимание на медитацию, которую до инцидента с конкурентами Остина считала лишней тратой времени. Мне нужно было научиться брать под контроль свой страх перед Томом. Научиться владеть им, не позволять ужасу управлять собой.
Мы уже полтора месяца живём в доме, снятом изначально на неделю. Хозяйка против не была, только деньги плати вовремя. Если бы не угроза Тома, то я была бы не прочь остаться тут навсегда. Но слишком рискованно, рано или поздно его ищейки нас и тут найдут.
Как я пришла к тому, что Дэн назвал безумием? Методом долгих размышлений. Можно сколько угодно бегать, покинуть страну и даже материк, да и продолжать жить в страхе. Постоянно с оглядкой по сторонамв готовности всё бросить и бежать снова. При этом таскать с собой Кевина, лишая его стабильности и друзей, так необходимых в период роста и взросления. Нет уж, хватит. То, что моему маленькому воину приходится сносить столько всего, — моя вина. Я не смогла вовремя пресечь бесчинства мужа. Но больше я не позволю ему превращать мою и жизнь моего ребёнка, в кошмар.
Усмешка сама скользнула по губам, реакция Дэна была предсказуема. Это я ещё не сказала ему, что после того, как устроимся в Нью-Йорке, я хочу сама пригласить Тома на «рандеву». Ждать, когда он нас найдёт это жить в вечном напряжении? Лучше взять ситуацию в свои руки. Том очень любил «играть», что же, теперь я готова поиграть, но по моим правилам.
* * *
— Тебе тут нравится, — произнёс Дэн с мягкой улыбкой.
— Очень, — согласилась я.
Кевин был у соседки, с чьим сыном сдружился. Мне нравилась рассудительная и спокойная женщина лет тридцати, как и её супруг — задумчивый спокойный мужчина. Очень приятная семья. Там не было приторно сладких улыбочек друг другу, никаких «заек» и «солнышек», но было видно: эти люди действительно любят друг друга. Это выражалось в заботе о друг друге и внимании к мелочам. Так же было у моих родителей. Почему я сразу не поняла, что такое настоящие чувства? Как могла принять блеск дешёвой бижутерии за драгоценность?